Читаем Басни Эзопа полностью

Против человека болтливого, который только языком и умеет работать.

142. Лев и лисица

Лев состарился, не мог уже добывать себе еду силой и решил это делать хитростью: он забрался в пещеру и залег там, притворяясь больным; звери стали приходить его проведать, а он хватал их и пожирал. Много зверей уже погибло; наконец, лисица догадалась о его хитрости, подошла и, встав поодаль от пещеры, спросила, как он поживает. "Плохо!" — ответил лев и спросил, почему же она не входит? А лисица в ответ: "И вошла бы, кабы не видела, что в пещеру следов ведет много, а из пещеры — ни одного".

Так разумные люди по приметам догадываются об опасности и умеют ее избежать.

143. Лев и бык

Лев задумал злое против огромного быка и хотел залучить его хитростью. Поэтому он сказал быку, что принес в жертву овцу и зовет его на угощенье, а сам решил расправиться с гостем, как только тот уляжется за стол. Пришел бык и увидел: котлов много, вертелы огромные, а овцы нет; не сказал он ни слова и пошел прочь. Стал его лев упрекать и спрашивать, почему это он молчит и уходит, хоть никто ему худого не делает. Ответил бык: "Есть у меня на то причина: вижу я, что не овцу тут в жертву замышляют, а быка".

Басня показывает, что от разумных людей хитрости злодеев не укроются.

144. Лев и крестьянин

Лев забрел к крестьянину на скотный двор; а тот захотел его поймать и запер за ним ворота. Не в силах выйти, лев сперва растерзал овец, потом набросился на волов; испугался крестьянин, что и на него лев нападет, и открыл ему ворота. Удалился лев; а жена крестьянина, глядя, как муж ее убивается, сказала: "Поделом тебе: зачем нужно было запирать со скотиною такого зверя, перед которым даже издали дрожишь?"

Так и те, кто раздражает сильнейших, сами от этого страдают.

145. Лев и дельфин

Лев, гуляя по берегу моря, увидел в волнах дельфина и предложил ему заключить союз: кому, как не им, больше всего пристало быть друзьями и товарищами — царю морских животных и царю земных? И дельфин охотно согласился. Немного спустя случилось льву биться с диким быком, и кликнул он дельфина на помощь. Хотел дельфин выйти из моря, но не мог, а лев его стал винить в измене. Ответил дельфин: "Не меня брани, а природу, которая сотворила меня морским животным и не позволяет мне выйти на сушу".

Так и мы, уговариваясь о дружбе, должны выбирать себе таких союзников, которые в опасности могут нам помогать.

146. Лев, испуганный мышью

У спящего льва по морде пробежала мышь. Вскочил лев и стал бросаться во все стороны, разыскивая, кто посмел к нему подойти. Увидела это лиса и начала его стыдить: он, лев, и вдруг испугался мыши! "Не мышь меня испугала, — ответил лев, — а наглость ее меня разгневала!"

<Басня показывает, что разумные люди и мелочами не пренебрегают.>

147. Лев и медведь

Лев и медведь затравили молодого оленя и стали за него драться. Бились они жестоко, пока не потемнело у них в глазах и не упали они наземь полумертвые. Проходила мимо лисица и увидела, что лев и медведь лежат рядом, а между ними — олень; подхватила оленя и пошла прочь. А те, не в силах подняться, промолвили: "Несчастные мы! выходит, это для лисицы мы трудились!"

Басня показывает, что не зря горюют люди, когда видят, что плоды их трудов достаются первому встречному.

148. Лев и заяц

Лев нашел спящего зайца и уже хотел его сожрать, как вдруг завидел, что бежит мимо олень. Лев бросил зайца и погнался за оленем, а заяц от шума проснулся и убежал. Долго гнался лев за оленем, но поймать его не смог и вернулся к зайцу; а увидев, что и того уже нет, сказал: "Поделом мне: добычу, что была уже в руках, я выпустил, а за пустою надеждою погнался".

Так иные люди, недовольные умеренным доходом, не замечают, как теряют и то, чем владеют.

149. Лев, осел и лисица

Лев, осел и лисица решили жить вместе и отправились на охоту. Они наловили много добычи, и лев велел ослу ее поделить. Осел поделил добычу на три равные доли и предложил льву выбирать; рассердился лев, сожрал осла, а делить приказал лисе. Лисица собрала всю добычу в одну кучу, а себе оставили лишь маленькую частичку и предложила льву сделать выбор. Спросил ее лев, кто научил ее так хорошо делать, а лисица ответила: "Погибший осел!"

Басня показывает, что несчастья ближних становятся для людей наукою.

150. Лев и мышь

У спящего льва по телу пробежала мышь. Лев проснулся, схватил ее и готов был сожрать; но она умоляла отпустить ее, уверяя, что еще отплатит добром за свое спасение, и лев, расхохотавшись, отпустил ее. Но случилось так, что немного спустя мышь и в самом деле отблагодарила льва, спасши ему жизнь. Попался лев к охотникам, и они привязали его веревкой к дереву; а мышь, заслышав его стоны, тотчас прибежала, перегрызла канат и освободила его, сказав так: "Тогда ты надо мною смеялся, словно не верил, что я смогу отплатить тебе за услугу; а теперь будешь знать, что мышь умеет быть благодарной".

Перейти на страницу:

Все книги серии Литературные памятники

Похожие книги

Государство
Государство

Диалог "Государство" по своим размерам, обилию использованного материала, глубине и многообразию исследуемых проблем занимает особое место среди сочинений Платона. И это вполне закономерно, так как картина идеального общества, с таким вдохновением представленная Сократом в беседе со своими друзьями, невольно затрагивает все сферы человеческой жизни — личной, семейной, полисной — со всеми интеллектуальными, этическими, эстетическими аспектами и с постоянным стремлением реального жизненного воплощения высшего блага. "Государство" представляет собою первую часть триптиха, вслед за которой следуют "Тимей" (создание космоса демиургом по идеальному образцу) и "Критий" (принципы идеального общества в их практической реализации). Если "Тимей" и "Критий" относятся к последним годам жизни Платона, то "Государство" написано в 70—60-е годы IV в. до н. э. Действие же самого диалога мыслится почти одновременно с "Тимеем" и "Критием" — приблизительно в 421 или в 411—410 гг., в месяце Таргелионе (май-июнь). Беседу в доме Кефала о государстве Сократ пересказывает на следующий день друзьям, с которыми назавтра будет слушать рассуждения Тимея. Таким образом, "Государство", будучи подробным пересказом реальной встречи Сократа и его собеседников, лишено всякой драматичности действия и незаметно переходит в неторопливое, внимательное изложение с примерами, отступлениями, назиданиями, цитатами, мифами, символами, вычислениями, политическими и эстетическими характеристиками и формулами.Судя по "Тимею" (см. вступительные замечания, стр. 661), беседа происходила в день празднества Артемиды-Бендиды, почитаемой фракийцами и афинянами. Эта беседа в Пирее, близ Афин, заняла несколько часов между дневным торжественным шествием в честь богини и лампадодромиями (бегом с факелами) тоже в ее честь. Среди действующих лиц главное место занимают Сократ и родные братья Платона, сыновья Аристона Адимант и Главкон, оба ничем не примечательные, но увековеченные Платоном в ряде диалогов (например, в "Апологии Сократа", "Пармениде"). Известно, что Сократ отговорил Главкона заниматься государственной деятельностью (Xen. Mem. III 3).Хозяин дома, почтенный старец Кефал, — известный оратор, сицилиец, сын Лисания и отец знаменитого оратора Лисия, приехавший в Афины по приглашению Перикла, проживший там тридцать лет и умерший в 404 г. Здесь же находится сын Кефала Полемарх, который в правление Тридцати тиранов был приговорен выпить яд и погиб без предъявленного обвинения, в то время как Лисию, младшему брату, удалось бежать из Афин (Lys. Orat. XII 4, 17—20). Среди гостей находится софист Фрасимах из Халкедона, человек в обращении упрямый и самоуверенный, однако ценимый поздними авторами за "ясный, тонкий, находчивый" ум, за умение "говорить то, что он хочет, и кратко и очень пространно" (85 В 13 Diels). Фрасимах этот, профессией которого считалась мудрость (там же, В 8), покончил самоубийством, повесившись (там же, В 7).При обсуждении важных общественных проблем присутствуют молча, не принимая участия в разговоре, Лисий и Евтидем — третий сын Кефала (последний не имеет ничего общего с софистом Евтидемом), а также Никерат, сын известного полководца Никия, софист Хармантид из Пеании и юный ученик Фрасимаха. Что касается Клитофонта, сына Аристонима, софиста и приверженца Фрасимаха, то в перечне действующих лиц диалога он не значится, хотя кроме указания на его присутствие в доме Кефала (I 328Ь) он несколько раз подает реплику Полемарху (I 340а—с).Излагаемые Сократом идеи находят постоянную оппозицию со стороны Фрасимаха, в споре с которым как с софистом (ср. "Протагор", "Гиппий больший", "Горгий") яснее вырисовы вается и оттачивается истина Сократа.

Платон

Философия / Античная литература / Древние книги