(93) Правители посоветовали народу согласиться на требуемые подати, чтобы не навлекать на государство вражду такого сильного царя. А Эзопу после такого исхода знаменья народ оказал почести, как истинному пророку, и попросил его дать совет, что лучше, согласиться или отказаться? На это Эзоп сказал:

— Граждане самосцы, лучшие ваши сограждане посоветовали вам согласиться на подать, что же вы спрашиваете у меня, согласиться или нет? Ведь если я скажу: "Не соглашайтесь", — я буду врагом царю Крезу!

Но народ продолжал кричать:

— Все равно дай совет!

Тут Эзоп сказал:

— Совета я вам не дам, а лучше расскажу басню. (94) Некогда Прометей по повелению Зевса показал людям две дороги, дорогу свободы и дорогу рабства. Дорогу свободы он представил поначалу неровной, узкой, крутой и безводной, усеянной шипами и полной опасностей, к концу же — ровной и гладкой, легкопроходимой, с плодоносными рощами и обилием влаги, чтобы все страдания завершились там отдохновением. А дорогу рабства он представил поначалу ровной и гладкой, поросшей цветами, приятной на вид и полной наслаждений, к исходу же — узкой, крутой и каменистой.

XX

(95) Самосцы поняли из слов Эзопа, что для них лучше, и в один голос закричали гонцу, что они избирают труднейший путь. И гонец, воротившись, доложил царю обо всем, что говорил Эзоп.

Услышав это, Крез созвал войска и велел им вооружаться. Все царские друзья поощряли его к войне и говорили:

— Вперед, государь, вперед на этот остров! Заберем его и оттащим его в Антлантический океан, пусть это будет уроком для остальных народов, чтобы никому не приходило в голову идти против такого великого царя!

Один только царский родич обратился к царю и сказал так:

— Клянусь этой священной диадемой, которой ты себя увенчал, ты не сможешь подчинить себе самосцев, покуда жив и дает им советы названный Эзоп. Отправь грамоту, чтобы они выдали Эзопа, и предложи: "Просите за него что хотите, и я дам вам все, что попросите".

(96) Крез это выслушал и повелел этому советнику самому отправиться на Самос, потому что не было у царя посланца преданнее и разумнее, чем он. Без промедления посланец отплыл на Самос, созвал народное собрание и предложил самосцам лучше выдать Эзопа, чем потерять дружбу царя. И народ сразу стал кричать:

— Бери его, отдаем царю Эзопа!

Но Эзоп вышел к народу и сказал:

— Граждане самосцы, я охотно готов умереть у ног царя; но сперва я вам хочу рассказать басню, а когда я умру, вы ее вырежьте на моем могильном камне. (97) Когда звери еще говорили по-человечьи, была у волков с овцами война. Волки одолевали, и плохо пришлось овцам, но тут на помощь пришли собаки и отогнали волков. Опасаясь собак, волки отправили к овцам посла. Вот приходит этот волк и, став перед народом, говорит овцам, как настоящий оратор: "Если хотите вы, чтобы не было между нами войны, выдайте нам собак, и можете спать спокойно, не боясь никакой вражды". Овцы были глупые, послушались и выдали волкам собак, а волки их растерзали; а прошло немного времени, как достались волкам и овцы. Так и вам, судя по этой басне, не следовало бы выдавать врагу полезных людей.

(98) Самосцы догадались, что басня рассказана для их же пользы, и решили не выдавать Эзопа. Однако Эзоп сам не захотел остаться и вместе с посланцем отправился к царю Крезу.

Когда царь увидел Эзопа, он пришел в ярость и воскликнул так:

— Вот кто, оказывается, не дает мне покорить Самос и мешает собирать с него подати! И добро бы еще это был человек, а не этакое чудище, ошибка рода людского!

На это Эзоп сказал:

— Государь, меня не силой привели сюда, по доброй воле я пришел припасть к твоим ногам. Ты, как человек, неожиданно раненный, кричишь, внезапно почуяв боль. Но раны лечат врачи, а от гнева исцелит мое слово. Если я погибну у твоих ног, это омрачит твое царствование, потому что с этих пор от друзей ты уже не дождешься добрых советов: они увидят, как погибают те, кто желает тебе добра, и будут советовать только вредное для твоей царской власти.

(99) Подивился царь на Эзопа и с улыбкой сказал:

— Продолжай, и расскажи мне какую-нибудь притчу о человеческой судьбе.

Эзоп сказал:

— Когда животные еще говорили по-человечьи, один бедняк, которому нечего было есть, ловил кузнечиков, которых называют цикадами, сушил их и продавал по дешевке. Однажды поймал он такого кузнечика и хотел убить. Но тот, видя, что ему грозит, обратился к человеку так: "Не казни меня напрасно, ведь я не делаю вреда ни колосьям, ни сучьям, ни листьям, я только двигаю в лад крыльями и лапками, рождая сладкие звуки прохожим на утеху". Человека тронула такая речь, и он отпустил его в родные кущи. Вот так и я припадаю к ногам твоим. Смилуйся надо мной! Я человек не сильный и не буду помехой твоим воинам; я человек некрасивый и не буду клеветником, обольщающим судей пригожим видом. Телом я убог и только рождаю разумные речи, несущие пользу смертным.

(100) Царя тронула такая речь, и он сказал:

— Дарую тебе жизнь: проси чего хочешь, и я сделаю.

— Помирись с самосцами.

— Мирюсь, — сказал царь.

И Эзоп, упав ему в ноги, благодарил его.