Читаем Башня Ворона полностью

Как выяснилось, все четверо были рабынями, коими владел персонал Ойссена. Ни одна крутильщица не обращала ко мне молитв – Ойссен внушил им, будто я никакой не бог, а богоизреченный камень, а ритуал, который они совершают, в действительности предназначен для него. Ему же доставались все молитвы, произнесенные в процессе. Адресованные мне воззвания шли, надо полагать, от ближайших приспешников Ойссена, посвященных в мою тайну. Меня изрядно покоробил и его обман, и стремление извлечь выгоду из моих трудов. Однако я не сетовал, притворяясь, будто по-прежнему блуждаю в неведении.

Тем временем война не прекращалась. Впрочем, в войнах ты разбираешься лучше моего. Напряжение витает в воздухе, но никто ничего не предпринимает: готовятся, наблюдают за событиями, неподвластными человеческому контролю и знанию, потом наступает момент нанести удар, когда приходится делать все и сразу. Наш приезд совпал с периодом затишья.

– Ворон редко атакует город напрямую, – поведала Мириада. – Возможности не позволяют. Уверена, сейчас он планирует очередное нападение, необходимо быть во всеоружии. Впрочем, в кое-каких аспектах ему необязательно совершать физические набеги.

– Сказывали мне, будто Ворон из Ирадена нарек себя хозяином пролива.

Пролива, чьи воды располагались совсем близко от городских стен. Настолько близко, что при желании мне удалось бы уловить шум прибоя.

– Так и есть, – подтвердила Мириада. – А еще он нарек себя повелителем богов града Вускции. И эта война не утихает ни на минуту: Ворон пытается претворить свои слова в реальность, а местные боги ему противостоят.

– Такой конфликт давно должен был разрешиться, не важно, в чью пользу. Почему ни одна из сторон до сих пор не исчерпала силы?

По моему опыту, изречения богов воплощались в жизнь в кратчайшие сроки, чаще всего – молниеносно. Хотя незамысловатая фраза «Отныне я повелеваю градом Вускцией» на практике таит в себе множество нюансов, затрудняющих процесс, который неизбежно затягивается, столкнувшись с мощным сопротивлением. Тем не менее ситуация озадачивала.

– Ведь никакой бог не обладает неограниченным запасом ресурсов.

– Полностью согласна, – вторила Мириада. – Происходит нечто странное, чему у меня пока нет объяснения. Никогда бы не подумала, что Ворон выстоит против сплоченного союза богов града Вускции, а между тем война длится уже не первый год. А град Вускция… – Она издала короткий обеспокоенный писк. – До меня доходят нехорошие слухи.

– Какие?

– У твоих помощников не случается приступов дурноты? Головокружения?

– Случается. Иногда на почве усталости, а иногда безо всякой видимой причины. А тебя не мутит от моих вращений?

Временами крутильщицы буквально валились с ног, хотя им дозволялось брать сколько угодно произведенной мною пищи. Меня это настораживало, однако я не спешил делиться своими подозрениями с Мириадой.

– Мой организм устроен иначе, чем у людей, – откликнулась она. – Меня слегка смущают твои неустанные вращения, но только потому, что я привыкла созерцать тебя неподвижным. А о дурноте упомянула в надежде, что ты захочешь более пристально понаблюдать за своими подопечными.

– Чем ты обеспокоена? – спросил я, совершенно сбитый с толку ее туманными речами.

– Здесь нет ни одного малого бога, за исключением переселенцев с севера. Ты едва ли заметил, однако в мой последний визит таких богов в городе водились десятки. Крохотные существа, но весьма способные в плане мелких поручений или в своей отрасли. На количество молитв и подношений они не сетовали, на пропитание хватало. Мне такой расклад казался естественным – могущественные боги града Вускции не того полета птицы, чтобы нисходить до мелочей вроде поиска штопальных игл или наживления рыбы на крючок. Населения в граде в избытке, молитв и подношений достанет всем, от высших богов до низших.

– Ты спрашивала, в чем причина?

– Спрашивала. Боги града Вускции сказали, будто всему виною война. Уклончивый ответ, не находишь? Тогда я обратилась к северным богам, прибывшим сюда задолго до нас. – Многозначительная пауза. – Они тоже задавались этим вопросом и получили такой же ответ. Сказывали мне, будто Сова-Родительница, услыхав такое вкупе с тревожной молвой, возвратилась обратно на север, заявив, что проделала огромный путь не для того, чтобы служить кормом богам Горбатого моря, обитай они хоть в Вастаи, хоть в граде Вускции.

– Кормом? – изумился я. – Какая молва так встревожила Сову-Родительницу?

– Ее – как, впрочем, и меня – убеждали передать свою силу другому богу.

– Что? – возмутился я. – С чего бы вдруг? Разве такое возможно?