Читаем Баньши Ветра полностью

Оза с ребятами не оказалось, третий курс поредел. На занятие явились четверо ребят, с которыми Фиама не ладила. Заметив её, адепты принялись перешёптываться с негодующими лицами, а затем, договорившись о чём-то, криво заулыбались, глядя на полукровку. Фиама знала, что это не к добру. Улыбки людей не предвещали ничего хорошего.

Третий курс повторял приёмы самообороны и учился владеть оружием. Тренер открывал комнату с богатым арсеналом: длинные шесты, копья, разнообразные короткие и длинные двуручные и одноручные мечи, луки, арбалеты, метательные кунаи, звёзды, сюрикены, ножи и иглы, короткие кортики и длинные тесаки, вычурные заострённые на краях веера, нунчаки и трезубцы. Шин брал несколько предметов, бросал адептам и показывал, как с этим управляться. Иногда ему на помощь приходила молодая женщина с короткими кудрявыми волосами, подвязанными лентой. Она специализировалась на стрельбе, метании, а также показывала приёмы с кнутом.

Увидев полукровку-второкурсницу в зале, помощница кипела негодованием. Всякий раз она хотела поддеть дочь ашуры и продемонстрировать всем её неготовность обучаться владению оружием, но вскоре пыл её поутих. Она видела, что Шин не жалел Фиаму, но и не третировал, и стала относиться к полукровке спокойно. Хотя лицо её иной раз выдавало нетерпение и недовольство.

Третьекурсников отношение Шина к Баньши не переубедило, они ненавидели дочь ашуры, и особенно злились, когда у второкурсницы получались приёмы лучше, чем у них. Ребята, с позволения тренера вооружившись, норовили подойти к полукровке и задеть её. Метая звёздочки и иглы, адепты нарочно изображали промахи и бросали оружие в дочь ашуры. После занятий Фиама приходила в комнату и находила новые дырки на форме и порезы на руках и ногах. Она не жаловалась Шину, боялась, что он наорёт на неё, как на Селену. Фиама бралась за нитки и зашивала дырки. Новый комплект формы к концу семестра пришёл в негодность.

Штопая футболку, дочь Шанны мечтала зажать адептов и выбить из них приёмами самообороны всё дерьмо, но знала, что это невозможно. С тремя здоровыми парнями сразу она никогда в жизни не справится. Оставалось утирать нос и терпеть.

Фиама справлялась с успеваемостью больше половины дисциплин, а на остальных показывала удовлетворительные результаты. Она старалась, чтобы не дать Декану и малейшего повода исключить её. На силу эмпата дочь ашуры не надеялась. Варея научила её только блокироваться и всё. Как применять дар, Фиама не знала и боялась снимать амулет, не веря в собственные силы.

С началом второго курса адептов стали учить основам призыва стихии Ветра. Магия – это в первую очередь управление стихией, а не использование собственных магических сил. Адепты учились говорить со стихией, звать её, призывать, просить, ждать отклика. Управление воздухом гораздо сложнее воплощения магии собственной силой, потому что у Ветра есть сознание. Маги не повелевали, не укрощали, но просили, управляли и предлагали стихии ответить, поддастся зову.

Именно поэтому сперва адептов учили нескольким простым заклинаниям, использующим внутреннюю силу, а только после этого концентрировали внимание на призыве стихии. Адепты, которые познакомились с магией, познакомились со своими внутренними силами, научились концентрироваться на себе и сливаться взглядом с воздухом, могли перейти к следующему этапу.

Погода за окном не радовала, в этом году осень началась рано, зарядили промозглые дожди, холодные ветры продували насквозь. Густой мокрый туман на парящих островах свидетельствовал о сильных дождях на поверхности земли. На одно из самых важных занятий второкурсников собрали в зале. Проводить первое занятие по призыву ветра пришлось в помещении.

– Призыв ветра – основное заклинание магии Воздуха, – рассказывал преподаватель. Очень высокий и тощий, напоминавший палку, молодой мужчина лет двадцати пяти, с не примечательными чертами лица и слабо загорелой кожей. Из-за неопытности в преподавательстве, его мысли разбегались, и иногда молодой человек выражался не связно. Его наивные несчастные глаза бегали из стороны в сторону, не зная на чём остановить взгляд.

Фиаме показалось странным, что наставник терялся и не знал, что сказать. Магов учили этикету и правильной постановки речи. Сама дочь ашуры достигла некоторых успехов и стала излагаться правильнее, но иной раз так хотела плюнуть на этикет и «балакать» как Эстариол.

– Ага, только изучается отчего-то на втором курсе, – не сдержал колкость темноволосый адепт.