Читаем Банкир полностью

Рекалов выругался и кинул пистолет к ногам Флина. Тот подхватил оружие, сошел с тропинки и углубился в чащу.

Прежним путем он вернулся к обеим машинам, задумчиво посмотрел на БМВ определил, что стоит к нему слишком близко - что неинтересно.. Отошел метров на тридцать, изготовил к стрельбе парабеллум и методично, пуля за пулей расстрелял машину - фары, ветровое стекло и правое колесо. От этих упражнений он получил давно забытое, мальчишеское удовольствие, даже захихикал от радости.

Оружие Рекалова он забросил в илистый пруд, когда минут через десять проезжал мимо. А когда вышел на трассу, то разом выбросил всё, что было связано с Контролером Рекаловым из головы. Он даже и не осуждал ни в чем своего бывшего начальника охраны. Он был уверен, что "купить" можно любого, вопрос заключался лишь в цене. А что касается предательства, так опять же непреложный и непоколебимый закон: "Предают только свои". А поскольку эти понятия были для Флина базисными, то он давно к ним привык и относился к очередной человеческой мерзости с полным равнодушием. А для того, чтобы привести своё душевное состояние в полную безмятежность и сбалансированность - принялся думать, как всегда, о Майе Харитоновой. Точнее сказать, прикидывал, как бы это побыстрее удалить от неё киношника Крамова? Побить его как следует? Выкупить Майю за любые деньги? Подсунуть киношнику какую-нибудь роскошную суппер - шлюху? Или попросту потолковать, как мужчина с мужчиной? Остановился на последнем варианте. Он немного знал киношную среду в частности и художников в целом. Для этих идиотов женщины, как правило, мало что значили. То есть они воспринимали их лишь как эпизод, страницу из книги своей жизни. А таких страниц у них могло быть достаточно много.

Перед тем, как пересечь МКАД, он пришел к грустному выводу, что все его агрессивные планы - чушь и к желаемому результату не приведут. Поскольку намерения его касательно Майи были более чем серьезные, романтические и даже рыцарские. А для этого требовалось, чтоб девушка не только смеялась ему в лицо и выполняла служебные поручения, а надо было что бы она.... Что надо, черт побери?!

Он попытался ответить для себя на вопрос: "Что такое любовь?" и разумного ответа на этот вековечный вопрос не нашел. Как и все человечество в своей истории, впрочем.

... Тарасова Валентин узнал сразу, едва он вытащил из дверцы черного "Мерседеса" свои длинные и нескладные ноги. Потом оказалось, что у него всё чрезмерно длинное, по отношению к короткому корпусу - лошадиное лицо, руки до коле и уши едва не до плеч. Но при всём при том в экзотической симпатичности его облика отказать было нельзя. Красивый урод, так их определяют. Он прищурился, подал руку и сказал.

- Погуляем в парке? А то у меня уж задница гниет от кресел и заседаний в разных кабинетах.

- Погуляем.

Из "Мерседеса" никто следом за ними не последовал, хотя кроме водителя там сидел мордатый парень, явный телохранитель.

- Догадываетесь о теме нашей беседы, Валентин Иванович? - легко спросил Тарасов и Валентин отметил, что в этом человеке не было ничего от уголовного "авторитета" - ни настороженной зажатости, ни облака агрессии, которая незримо, но явственно окружает словно ореол, подобную публику. Более всего Тарасов был похож на чиновника - экономической или политической сферы приложения своих сил.

- Да. - ответил Валентин. - Я думаю, что вы ищите депозиты и все вклады покойного Старостина.

- А вот и ошиблись! - рассыпался Тарасов в благодушном смешке. - Все депозиты и недвижимость означенного мертвеца я уже нашел. И знаю достоверно, что в "Пауке" ничего из его капиталов - нет!

- Кто вам это доложил?

- Валентин Иванович! - укоризненно пропел Тарасов. - Ну зачем я буду выдавать вам своего информатора? Он просто выдал мне безобидную справку. За небольшую плату. Да и вообще, Валентин Иванович, я сразу хочу сказать, что никакого зла вам не желаю. А скорее наоборот.

- За какие мои заслуги такая доброта?

- Ответить коротко и ясно?

- Желательно.

- У нас общий враг, Валентин Иванович.

- И кто же?

- Скрывать не буду. Банк "Сигма - МД". Они меня красиво "кинули" это раз. Два - они вот-вот сгорят, агонизируют и по этой причине стали опасней смертельно раненого зверя. Насколько я наслышан, на вас сегодня наехала налоговая полиция?

- Наехала.

- Будет ещё хуже. Но я вам помогу.

- Повторяю - за что? За красивые глаза?

- Вот именно.

Они углубились по асфальтированным дорожкам в парк, гуляющих было мало и быть может поэтому Валентин без труда засек внешнюю охрану Тарасова. Низкорослый и крепкий парень циркулировал вокруг них по боковым дорожкам руки в карманах куртки, кепка так надвинута на глаза, что было непонятно, почему эту подозрительную фигуру не останавливает для проверки документов первый же встречный милиционер. Наивная хитрость - телохранитель дожидался их здесь заранее.

- Я человек конкретных действий, Валентин Иванович. А потому - как вы смотрите на то, что я открою валютный счет в вашем банке?

- Личный или какой-нибудь фирмы?

- И личный, и фирмы.