Читаем Банк полностью

Дамы, впрочем, сильно не скучали, ибо нашли общий язык и взаимно интересные темы для разговора, так что пришлось открыть еще одну бутылку шампанского — двух бокалов маме все-таки оказалось недостаточно. Наконец мало-помалу добрались до ночи. Александра Степановна объявила, не обращая внимания на слабые протесты сына, что завтра они все вместе едут смотреть дачу, заодно там и отдохнут, а сейчас пора спать. Вдвоем с «невесткой» они быстро убрали со стола и помыли посуду, и мама принялась готовить ей и сыну постель, сетуя на то, что ввиду отсутствия достаточного пространства приходится стелить им в одной комнате и — о ужас! — на одном диване: как это до свадьбы спать вместе?! Влад пытался объяснить, что они вдвоем уже вместе живут, но Александре Степановне это все равно было непонятно.

Когда жених и невеста на следующее утро проснулись, Дмитрий Евгеньевич уж давил на гудок своей старенькой «пятерки», ожидая их у подъезда. Влад и Жанна быстро умылись, собрались и отца долго ждать не заставили. Сын вынес заранее приготовленную мамой сумку с едой, они устроились в автомобиле и тронулись в путь. Влад посовещался с Жанной и по дороге купил бутылку белого вина — Дмитрий Евгеньевич за рулем, Александра Степановна уже не хочет, а им двоим как раз хватит. Дача была неподалеку, доехали быстро. Отец, выйдя из машины с таким видом, будто они преодолели путь в несколько сот километров, пару раз присел и потянулся, мама же взяла сумку и сразу пошла накрывать на стол. Погода стояла на редкость удачная — было как никогда еще в этом году тепло. Влад на яблонях и грушах приметил набухающие почки, вокруг под ногами зеленела травка — весна набирала силу, чтобы совсем скоро раскрыться во всей своей полноте. «Боже мой, — вдруг пронеслось у него в голове, — а ведь скоро лето, свадьба, а я еще не решил даже, где ее будем проводить, кого приглашать, куда отправимся на медовый месяц… Карибы, конечно, жирновато, если куда поближе…» — и сам себе улыбнулся: успеется. Времени еще — масса.

Подошел Дмитрий Евгеньевич.

— Ну, сын, — сказал он, — пойдем, покажу тебе свои владения!

— Да я их уж пятьсот раз видел.

— Так давай пойдем покурим!

— Ты меня вчера так закурил, что у меня от табачного дыма до сих пор голова болит, — ответил Влад. — Кури здесь, зачем куда-то ходить?

— Ладно, — кивнул отец, — достал сигарету, щелкнул зажигалкой и глубоко затянулся. — Ты посмотри, какая красота вокруг! Представляешь, что летом будет? Вообще немыслимо… А у соседа жена такой самогон гонит — как водка, без цвета, без запаха! С третьей рюмки с ног сшибает…

— Так это смотря какие рюмки, — усмехнулся Влад.

— Да понятно, — сказал отец, — у нас умеренные. Так вот, приедешь в субботу, день на грядках повозишься, а вечером его да моя жены стол накроют — и ведь все свое, огурчики, помидорчики, — самогончику этого хряпнешь, закусишь, тепло, небо в звездах — красота! И — разговоры до утра, я — с ним, женщины — между собой, и так — пока самогон не кончится. Наверное, это у меня сейчас единственная радость в жизни и есть. Но если внука или внучку на свет произведешь — это будет уже счастье, мое старческое…

— Какое старческое, — возразил ему Влад, — ты еще крепкий мужик.

— Да какая там крепость… Зрение слабеет, желудок болит, зубы шатаются… Эх! — Дмитрий Евгеньевич сделал движение рукой, как будто разрубил что-то. — Старость — не радость. Ладно, пойдем к столу — вон женщины уже зовут.

Подошли, уселись.

— У нас это завтрак или обед? — спросил Влад.

— Ешь, не рассуждай, — ответила мать.

— Хорошо, — согласился он и за неимением штопора принялся ложкой продавливать пробку бутылки.

— Вы, кстати, когда в Питер едете? — спросила Александра Степановна.

— Хотелось бы сегодня, — произнесла Жанна.

— Не хотелось бы, а сегодня, — сказал Влад, — и как можно раньше: завтра — на работу. Посидим здесь часа два и — в путь.

— Как скажешь, — ответила Жанна.

— Что-то вы быстро, — удивился Дмитрий Евгеньевич. — Ладно, давайте чокнемся, мы — компотом, вы — вином.

Чокнулись, отпили по глотку.

— Как работа? — спросил у Влада отец.

— Да как обычно, — ответил тот, — потихоньку. Вроде как скоро повысят.

— И до каких же высот тебя собираются повышать?

— Ну, не до Эвереста, конечно. Всему свое место, каждый сверчок знай свой шесток. Впрочем, поживем — увидим.

— Все у вас одно и то же, — ковырнув вилкой салат, с грустью произнес Дмитрий Евгеньевич. — Все мы работаем не на себя, а на кого-то. Я пахал на государство, ты — на конкретного дядю в костюме и галстуке. А почему не ты — хозяин банка?