Читаем Банджо полностью

Неожиданно она подняла голову, и их взгляды встретились. Тщательно наложенная косметика не смогла скрыть хищного взгляда - глядя в ее глаза, казалось, смотришь на ястреба, бросающегося из поднебесья на свою добычу.

Гэс поспешно отвел взгляд, стараясь сохранять на лице непроницаемое, застывшее выражение. И по прошествии некоторого времени решил, что это помогло, что он избежал опасности. Но когда посетители стали расходиться, эта женщина подошла к Гэсу, и прикоснувшись кончиками пальцев к его могучему плечу, удовлетворенно кивнула и пробормотала: "Все настоящее, не подкладное". И вышла. Уже на следующий день Гэс, обнаружив в нагрудном кармане пиджака пахнущую духами десятидолларовую бумажку, догадался, что деньги туда засунула она. Когда он рассказал об этом Джиму, тот рассмеялся:

- Считай, что тебе повезло! Ведь мог бы быть и Мики Зирп с пушкой, а не дурнушка Джейн, у которой денег куры не клюют.

- Но мне противно брать деньги у женщин, - сказал Гэс.

- А ты и не брал их. К тому же, если не тебе, то все равно они достались бы кому-нибудь другому.

- Ну и ради Бога, - сказал Гэс. - Я не кто-нибудь там другой.

На следующий вечер она пришла снова.

Джим восторженно объявил о ее приходе, глядя в глазок.

- Ну, скажу тебе, народу сегодня привалило. И эта твоя красавица. С расшитой сумочкой, а в сумочке наверняка полно десятидолларовых бумажек! Ей приглянулся молодой, здоровый парень, свеженький, прямо с полей, с крепкими мускулами: и с такой толстенькой, замечательной штучкой...

- Ладно, прекрати это, - пробурчал Гэс. - Я не хочу иметь с ней никаких дел.

- Разве я тебе не объяснял? Здесь не важно, чего ты хочешь или не хочешь, - сказал Джим, рассмеявшись. - Здесь важно, сколько ты получишь. И все, равно, каким способом.

- Есть другие способы зарабатывать. Я сам буду выбирать себе подругу и не позволю, чтоб выбирали меня.

- Открывайте дверь, мистер Высокий и Могучий Красавец-Недотрога, произнес Джим торжественно, но с улыбкой. - А потом держись.

Гэс впустил посетительницу по всем правилам учтивости, как его учили: легкий поклон, приглашающий жест рукой. Но твердо решил ни в коем случае не встречаться с ней взглядом. А она, войдя, остановилась рядом с Гэсом и, рассмеялась, обнажив при этом острые белые зубы, которые сверкнули особенно хищно, в обрамлении губ, выкрашенных розовато-лиловой помадой.

Гэс чувствовал, что попал в западню. Она стояла в проходе, и он не мог закрыть дверь.

- Ну-ка, парень, - промурлыкала она, - взгляни на меня. Я - Ронда Хельбаум.

Гэс был сердит, но, подняв на нее глаза, постарался не показать своих чувств и подавил гнев. По его представлениям, она была развязной и нахальной женщиной.

- Добро пожаловать в "Клуб Ирландского Петуха", - сказал Гэс вежливо, но совершенно отстраненно. - Пожалуйста, проходите побыстрее внутрь.

Гэс чувствовал на себе восхищенный взгляд Джима, которому очень понравилось то, с какой учтивостью, твердостью, обходительностью и уверенностью в себе повел себя новичок.

Она повиновалась; выражение презрительного высокомерия слетело с ее лица; теперь на нем можно было прочитать задумчивость, удивление и любопытство.

- Послушай, чемпион, - сказала она тихо, - ты же как настоящее могучее дерево, а?

- Я всего лишь наемный работник, мэм, - ответил Гэс.

- Ты живешь здесь? - спросила женщина и, не дожидаясь ответа, продолжала: - Где? Там, за кухней, в комнатке Джима?

Гэс утвердительно кивнул головой:

- Похоже, вы все тут знаете не хуже меня.

- Знаю? Не смеши меня, конечно, знаю. - Она рассмеялась. - Один из моих бывших мужей владел этой дырой, когда алкоголь позволяли продавать еще легально. Так что это место мне очень хорошо знакомо.

И широко махнув своим крупом весьма внушительных размеров, она отправилась в глубь зала, сизого от дыма, наполненного шумом голосов, взвизгиваниями саксофона, пассажами кларнета и тромбона оркестра "Канзас-Сити Джаз".

- Ну что? - сказал Джим многозначительно.

- А ничего, - ответил Гэс. - Она твоя. Пользуйся на здоровье.

- Нет, нет, эта штучка не по мне, - засмеялся Джим. - Можешь прокатиться с ней на халяву.

- А что, если я не захочу?

Джим не успел ответить - в дверь снова позвонили. Он посмотрел в глазок и объявил:

- Мистер Корнелиус Ливермор, большой человек в торговле сельхозпродуктами.

Гэс открыл дверь.

- Слушай, Джим, - сказал Гэс после того, как человек с красными прожилками на щеках, затянутый в корсет, прошел в зал, - объясни, как ты отгадываешь, кто чем занимается? Ты что-нибудь понимаешь в торговле зерном и всем таким прочим?

- Ничего не понимаю. Но знаю, что сейчас на этом можно заработать большие деньги. Если покрутиться, конечно. Купил дешево, продал подороже.

- Ага, теперь я понимаю, что происходит с пшеницей у нас в графстве Форд. Представляешь, там какой-нибудь фермер вкалывает как вол, от зари до зари, и заставляет работать как рабов свою жену, своих детей. А в конце года, заработает он или останется на бобах, решает вот такой тип, как этот Ливермор.

- Ну, жизнь такая, так уж все устроено. - Джим старался развеять мрачное настроение Гэса.