Читаем Банджо полностью

- Росс, я имею представление, сколько могут стоить такие машины, сказал Гэс. - Ты мне скажи лучше, сколько твоему сыну лет?

- Шестнадцать. И все лето он будет свободен. А если надо, то и всю зиму сможет работать!

- Ну и прекрасно. Я рад, что тебя не беспокоит, что я научу его грабить старых вдов и местные банки.

- Гэс, меня совершенно не беспокоит, чем ты тут собираешься заниматься, точно так же, как тебя не беспокоит, чем занимаюсь я, правда?

На следующее утро, когда Гэс вышел из гостиницы, он увидел группу серых людей, одетых в старые, застиранные комбинезоны, которые собрались вокруг ярко-желтой спортивной машины. Она казалась совсем маленькой по сравнению с огромными лимузинами, к которым привык Гэс.

На тротуаре рядом стоял Росс и беседовал с людьми, обступившими машину, обсуждавшими ее необычный цвет и мощный двигатель; в одной руке Росс держал кожаный портфель.

В нескольких шагах от него стоял молодой человек в вельветовых брюках и спортивной рубашке; в нем ничего особенного не было, таких на улице не замечают - вот разве что большие оттопыренные уши привлекли бы внимание... Гэс перехватил уверенный взгляд юноши и решил, что этот парень хорошо видит не только дорогу, когда сидит за рулем, но и все вокруг.

Росс поприветствовал приближающегося Гэса. Широкая улыбка обнажила золотые коронки.

- Гэс, ты появился как раз вовремя. Ну, как тебе машина, нравится?

- Прекрасная машина. Все документы к ней положи в бардачок.

- Хорошо. Сейчас я тебе выпишу квитанцию. Россу хотелось поскорее получить деньги, но и напоминать Гэсу об обещании выплатить всю сумму сразу было неудобно.

- Не нужно мне никаких квитанций, - сказал Гэс и, вытащив из кармана две купюры по тысяче долларов каждая, вложил их в руку Росса.

- Ничего себе, - прошептал Росс, глядя на деньги - ему еще не приходилось держать в руках столь крупные купюры.

- Не волнуйся, они настоящие. И это... чистые деньги.

- А я и не волнуюсь по этому поводу. Жаль только, что я не могу сохранить их в качестве сувениров, - сказал Росс. - Знаешь, у меня есть вилка, которой пользовался Тедди Рузвельт, когда приезжал в Колорадо.

- Ну, я тоже путешествую налегке, - сказал Гэс, улыбаясь. - А это твой сын?

- Да. Джек, иди сюда. Познакомься. Это мистер Гилпин.

- Называй меня просто Гэсом, Джек.

Гэс обвел взглядом лица людей, стоявших вокруг машины. В них он не увидел ни злобы, ни ненависти, а только подавленность и растерянность, которые испытывает фермер, когда его сгоняют с земли.

- Ребята, не хотите прокатиться? Они обменялись взглядами.

- А почему бы нет? - сказал один за всех. - Делать-то все равно нечего.

Одного Гэс посадил между собой и Джеком, а трое других разместились на заднем сиденье.

Человек, сидящий рядом с Гэсом, сказал:

- Думаю, вы не помните меня, а вот я вас помню. Я Бенни Пикок. Когда-то я дружил с вашим братом Лютером.

- А, вот теперь припоминаю. Вы тогда женились на Моди Коберман, так? сказал Гэс. - Скажите мне, засуха много наделала вам бед?

- Лучше сказать - окончательно нас погубила. Коровы болели. Зерно не всходило. У меня было двадцать акров земли, а теперь это все перешло Хундертмарксу.

- И что он будет делать с этой землей?

- А что он делает с остальными нашими фермами? Получит на все земли федеральные дотации, наймет людей, пригонит тракторы и будет все это обрабатывать. У меня остается небольшой клочок земли. Благодаря ему и содержу всю семью. Но если Хундертмаркс заграбастает все, тут, вокруг Додж-Сити, фермеров не останется. Все пойдут в издольщики.

- А как дела у Брюеров, Линквистов? Кого я еще помню?.. А, Поффенбургов? Как они поживают?

- Все сидят на федеральной помощи. Многие перебрались в Калифорнию. А что делать?

Джек вывел машину за город. Открылась безрадостная картина: заброшенные дома, пустые поля, занесенные пылью, полное запустение. Оставленные дома и постройки выглядели как гробницы тяжелому труду, который их возводил.

- Ну, может быть, после дождя все тут будет выглядеть не так мрачно, сказал Бенни Пикок.

- Все еще вернется, - добавил один из фермеров на заднем сиденье. Пройдет дождик - и все зазеленеет.

- Теперь мы наученные. Надо всегда откладывать кой-какие деньжата про черный день.

На некоторых фермах были еще видны следы жизни - висящее на веревках изношенное белье, постиранная потертая одежда; тощие цыплята, гоняющиеся за кузнечиками; исхудалые коровы, грызущие деревянные столбы заборов; женщина, одетая в старый мужнин комбинезон - последнее платье нужно беречь - и машущая вслед проезжающей машине; фермер, копающийся со своими сыновьями в земле и даже не поднявший головы...

На пути к холмам Гошен Гэс заметил во дворе какой-то фермы группу людей; вокруг стояли телеги, повозки и несколько машин.

- Это ферма Армсберов, - пояснил Бен, печально покачивая головой. Похоже, что и они уже продают свою ферму.

- А ну давай подъедем, - грозно сказал Гэс. - Посмотрим, что там такое.

Джек свернул с дороги и, заехав на территорию некогда процветавшей фермы, остановился у казенной машины шерифа Дарби.