Читаем Бандит полностью

Помолчал и добавил, обращаясь к старенькому бухгалтеру, не проронившему во время беседы ни слова: – А вы, Владимир Установим, не ездите сегодня в Марьинское, а посидите тут на телефоне. Будете у нас главным связником.

– Тут тебе звонил какой-то доктор, – сказал Пашка, – напоминал насчет краски.

Валерий выругался про себя. Еще и в больницу сегодня ехать.

– Иванцов тоже звонил, – напомнил бухгалтер.

– Насчет ссуды. Хотел встретиться сегодня вечером в «Соловье». Думаю, вам никак нельзя отказываться, Валерий.

Спустя двадцать минут Валерий остановил свои новенькие «Жигули» у арки с накорябанной от руки табличкой: «Сход-розвал. Мантеровка колес».

Валерий надавил на звонок – через пятнадцать минут дверь распахнулась, и на пороге предстал молодой человек, чье бледное тело было прикрыто трусами в горошек. Судя по наколке в виде перстня с двумя лучами, имевшейся на его мизинце, молодой человек соблюдал Уголовный кодекс так же плохо, как и орфографию.

– Привет, Сергунчик, – сказал Валерий.

– А, это ты, Сазан, заходи.

– Ты мне три месяца назад противоугонку сватал. Экземплярчик остался?

– Двести баксов.

– Пятьдесят.

Сошлись на ста пятидесяти.

Противоугонное устройство, которое Сергунчик продал Валерию, состояло из приемника и передатчика. Передатчик крепился в скрытых точках машины и во включенном состоянии передавал, с интервалом в две секунды, радиосигналы в ультракоротком диапазоне. Приемник ловил сигналы на расстоянии до трех километров.

Вернувшись в подвальчик, Валерий довольно долго сидел на телефоне, разговаривая со знакомой из конторы, продававшей и покупавшей квартиры, а заодно ведавшей их сдачей. Он записал несколько адресов, а потом взял машину и поехал в общежитие ПТУ-6 к некоему Вовке. С Вовкой они познакомились через Юрия Сергеевича: парень мыкался без работы, а у Иванцова фотографировал свадьбу брата. Год назад Вовка из Симферополя, где он был фотокором местной газетки, подался в Москву и сейчас безуспешно обивал пороги Останкина. Время от времени его фотографии печатались в хилых газетках. С полгода Вовка работал на видеопиратов. Вообще парню очень мешало то, что он без квартиры: Вовка шлялся из дома в дом, ночевал у друзей на дачах и даже как-то месяц провел у Валерия в подвальчике фирмы, между смесителем и холодильной камерой.

Было одиннадцать утра. Вовку Валерий, конечно, разбудил – тот сидел хмурый и опухший после ночной пьянки.

– Держи, – сказал Валерий и бросил ему на колени ключи.

– Это что? – изумился Вовка.

– Я тебе снял комнату на Юго-Западе, поживешь там неделю. – Какую комнату? – изумился Вова.

Валерий протянул ему листок: – Улица Озеркова, дом 27, квартира 166. Комната выходит окнами на дом номер двадцать пять. В доме номер двадцать пять есть заведение с надписью «Химчистка». Но, если приглядеться, увидишь другую надпись: «Кооператив „Топаз“. Ты приедешь туда со своим оборудованием и будешь фотографировать всех, кто оттуда входит и выходит, а также номера тачек. Ясно? Смотри, чтобы в квартире работал телефон.

***

Валерий вернулся домой около пяти вечера.

Дома его дожидался Максим: он сидел на большой пестрой коробке, свесив длинные руки между коленями, и одними губами прикасался к пустому уже стакану с водкой.

Максима Валерий отправил еще ночью на «Москвиче» со строгим наказом: увязаться за иномаркой Рыжего и выяснить, где он обитает.

– Ну, – сказал Валерий, – засек гадов?

– Упустил, – развел руками Максим. – Чего так?

– А ничего, вышли в десять Рыжий и с ним двое: кожаные куртки, бошки голые, как обезьянья задница, сущие вурдалаки. Запрыгнули в тачку и поехали. Ну, и я за ними. Около рынка им навстречу «шестерка» попалась, помигали фарами, остановились. В «шестерке» – такие же ассенизаторы, номер – 47-27 МНК. Поболтали, пару раз кто-то заржал, и дальше. Доехали до моста – и налево, через две сплошные линии. Я за ними, а там гаишник. Их пропустил, а мне засвистел.

– А чего пропустил, – спросил Валерий, – не успел, что ли?

– Какое не успел! – поморщился Максим.

– Я его, после того как уплатил, спрашиваю: ты чего других пропустил. А он мне: «Да они ж бритые, отморозки, их остановишь, а они очередью… А ты, я вижу, нормальный мужик, вот и остановил…» Максим махнул рукой и добавил: – А номер я записал, 38-57 МНЮ, там другие тачки были во дворе, я тоже переписал.

– А «шестерка»?

– Я обратно поехал, а «шестерка» у рынка стоит. Стекло опущено, к стеклу очередь – продавцы деньги сдают. Е-мое! Прямо, как кролики в очередь на мясокомбинат! А покажется, что мало сдали, тут же выйдут из тачки и по роже навешают.

– За молчал и философски добавил: – Ох, и врюхались же мы!

– Ничего, – сказал Валера, – держи.

– Это что?

– Противоугонка. Передатчик.

– Да на кой черт она нам? Эти гады у нас голову угонят, а не тачку.