– Оскар Октавианович, не жмись, – наставительно произнес Физик. – Видишь, человек дело предлагает. И цена вполне щадящая. В рубель! Ты же грек, а не еврей!

– Ну, конечно, щадящая… – уныло ответил директор. – я не знаю, что мне дороже обходится: крыша или вы, рекламщики! Кстати, у меня в роду и евреи есть… Греческие.

– У всех они есть! Особенно, когда дело касается денег! Тебе грех жаловаться. Как договаривались, мы с тебя полгода ни цента не берем. Чай, не государство! Давай так: сделай один ролик. Для пробы. Пойдет – остальное – со скидкой. Так устроит? – это Физик уже у меня спросил.

– Вполне!

– Какой срок?

– Дней десять.

– Но не позднее!

– Тогда аванс 30 %, и можно начинать! – чего не отнять – руководить этот интеллигентный бандит умел. – Да, и скажи своей куколке, чтобы коньяку принесла! Начало работы надо обмыть!

С крышей не спорят. Тем более, когда такое хорошее предложение. А секретарша, кажется, уже ждала такого распоряжения. Не успел директор договорить новое распоряжение, как она появилась в кабинете с подносом, где стояла красивая бутылка французского коньяка и нарезанный лимончик.

Мы выпили за успех нашего обговоренного дела. Правда, обладатель всех три «О» как-то не развеселился. Возможно, жалел, что не дали поторговаться. Но это уже его проблемы.

– Мне надо сходить к моему финдиректору за авансом, – буркнул он и выскользнул за дверь.

Пока генеральный директор с испортившимся настроением пошел за деньгами в бухгалтерию, Физик налил по второй и после того, как и второй раз осушили бокалы, спроси у меня:

– Как завтра со временем?

– Нормально.

– Подходи в ресторан. У нас там будет благотворительный вечер.

– Хорошо, – согласился я. Хотя понять, зачем нужно было мое присутствие там, было сложно. Но, как и в первый раз, решил, что отказывать таким людям – себе дороже!

Уж не крышевать ли они меня вздумали… Во попер криминал…

Но не мы такие – жизнь такая!

Глава 27

Она

Люблю ли я своих девочек?

Ну, в смысле не любви, как любви… здесь все понятно. В этом вопросе я человек, хотя и молодой, но консервативный. Мне мужики ближе к телу. Сейчас конкретный мужик. Чисто конкретный.

Люблю ли девочек, которые на меня работают?

Нет! Не люблю!

Ненавижу?

Тоже нет.

Они для меня – обычный рабочий материал. Расходный. За шесть лет их через меня много прошло. Приходят и уходят. Кто-то – на другие точки, к другим «мамкам». Подобных подавляющее большинство.

Кому повезет – женятся. Ну это те, кто поумнее. Таких совсем мало. Вот с ними еще возникают мало-мальски приятельские отношения. Да и то после того, как они завязывают путанить.

Недавно одна приезжала. За бугром обосновалась. В Питере «финика»[10] охомутала. Смешно получилось. Поехала просто прошвырнутся на недельку. Я сама устроила её в хорошую гостиницу – «Советская». Она еще в советские времена была интуристовская. Правда, иностранцы – это в основном, финны, которые на выходные приезжали «отдохнуть» от своего сухого закона. Они уже к пятничному вечеру бывают в стельку пьяные.

Зрелище – не описать! Я как-то наблюдала. Хотя и молодые, но безобразно толстые мужики просто накачиваются водярой до перехода в какое-то пятое измерение и превращаются в существ без признаков наличия мозга! Так до воскресенья, пока их специально обученные работники отеля не погружают в автобусы, которые доставляют бесчувственные тела на паром. Мне было противно подобные картины наблюдать!

Моя же девочка сообразила, что к чему. К тому времени ей было уже 26 лет, три вылеченных триппера, один «сифон»[11] (да здравствует наша отечественная медицина!), пару абортов и один выкидыш. В общем, либо тихо скатываться в разряд раздолбанной привокзальной шлюхи, которая дает всем за миску супа, либо соображать, как всё поменять. И, заприметив одного кабанообразного северного соседа, который, как выяснилось, к своим 40 годам был хронически не женат, она, как по нотам разыграла, знакомство, «изнасилование». Умудрилась подмазать местному менту, который с похмельного утра объяснил плохо соображающему гостю, что в нашей страшной России делают за такие шутки по закону. Ну там, Сибирь, тундра, мрачный ГУЛАГ. Потом рассказал, что делают не по закону. Тоже по списку: обиженный брат-десантник, бандитская предъява, разговор со страшным русским «крестным отцом» мафии!

Финн всю это дубовую лажу принял за чистую монету. Увидев, что его «жертва» роскошная красотка с большими зелеными глазами, сказал, что готов жениться! Что удивительно, реально не обманул! Выправил все необходимые разрешения, познакомил с матушкой, сводил на могилу безвременно ушедшего папаши (может, тоже от излишне частых посещений нашей северной столицы), и через месяц уже повел нашу ударницу сексуального фронта под венец!