Читаем Банда беспалых полностью

– Скорее всего. Только нам придется не множить, а делить. – Непольский с минуту сидел молча, потом глаза его загорелись, и он снова заговорил: – Слушай, а ведь это гениальная мысль – восемь, помноженное на восемь!

Произнеся эту фразу, он уставился на Гурова таким взглядом, будто его слова сами по себе уже все объясняли.

– Прости, – покачал тот головой, – но мне твои выкладки непонятны. Было бы неплохо, если бы ты облек их в слова.

– Ох, прости! – Непольский вышел из ступора. – Действительно, ты ведь не изучал вопрос так, как я. Так вот, шестьдесят четыре может быть восемь, помноженное на восемь. Это сочетание в индуизме особо знаковое. Оно означает порядок небесного мира, установленного на земле. Как раз подходящая платформа, не находишь?

– И к чему ведет нас это открытие?

– Есть отправная точка, кого искать, – торжественно заявил Непольский и снова замолчал.

– Ты меня, конечно, извини, Веня, – осторожно начал Гуров, – но лично мне совершенно непонятно, как индуистские восьмерки помогут мне найти банду «Беспалых».

– Да как же тебе непонятно? Современное общество основано на компьютерных технологиях, интернет-запросах и прочей информационной ерунде. Тебе должно быть известно, что с просторов интернета ничего не исчезает бесследно и ничего не остается незамеченным.

Непольский продолжал торжествовать, тогда как Гуров все еще не мог уловить, куда клонит психиатр.

– Запросы, Лева, запросы, аккаунты и страницы в соцсетях!

– Хочешь сказать, мы сможем выйти на банду, проанализировав запросы миллионов пользователей интернета? – Гуров смотрел на Непольского с сожалением.

– А почему нет? Это не так сложно, как кажется, – настаивал тот. – Ведь существует масса вспомогательных программ, способных вычленить нужные данные из хаоса интернет-запросов.

– Ладно, я тебя понял, – вздохнул Лев. – Советом воспользуюсь, хоть особой надежды на результат не питаю. И все же, если есть более земной способ выйти на банду, было бы неплохо это услышать.

– Более земной ты уже использовал, – обиделся Непольский. – Бегай по городам, ищи свидетелей, а лучше дождись следующего убийства и расследуй по горячим следам.

– Боюсь, ничего другого мне не остается. Что ж, Веня, спасибо за помощь. Пожалуй, пора мне возвращаться в Калугу.

Непольский проводил полковника до выхода, пожал руку, хотел что-то сказать, но в последний момент передумал. Махнул на прощание рукой и закрыл за Гуровым дверь. Тот дошел до парковки, сел в машину и поехал в Калугу. Всю дорогу он думал над советом Непольского. Резон в его словах был. Искали же они таким способом маньяка, который охмурял женщин и полностью подчинял их волю своей? Почему бы не попытаться так же выйти на банду «Беспалых»? Сколько может занять времени подобный поиск? Месяц, два, год? Только кто же даст ему этот год? Не сегодня-завтра Орлов начнет наседать, так как наседают на него. А ему, Гурову, и предъявить нечего.

Крячко ждал напарника в квартире, выделенной для проживания москвичей начальником Калужского полицейского департамента. По возвращении Гуров поделился со Стасом идеей Непольского. Того предложение не вдохновило. Как и Лев, он понимал, что никто им столько времени не даст, да и людей на эксперимент не выделит, а если нет ни календарных, ни человеческих ресурсов, то не стоит идею и обдумывать.

Тем не менее Гуров связался с капитаном Жаворонковым, чтобы услышать его мнение. Жаворонков подтвердил предположение полковников, заявив, что процесс это трудоемкий, временные затраты заранее оценить невозможно, но все же пообещал, что вопросом займется. Пошарит по социальным сетям, изучит ситуацию с группами, призывающими к насилию над асоциальными личностями. На удачу, так сказать, вдруг что-то да выплывет.

Телефонный разговор с Жаворонковым завершился ближе к полуночи, заниматься какими-либо делами было поздно, и напарники решили укладываться спать, а утром, на свежую голову, решать, что делать дальше. Улеглись быстро, свет потушили, поворочались с боку на бок. Спустя десять минут Крячко захрапел. А вот Льву не спалось. В голове роились мысли: обрывки информации, полученной в поездке по городам, отдельные части разговора с Веней Непольским, фразы, брошенные тем или иным свидетелем, фотоснимки с мест преступления – все это крутилось вокруг одного главного события, смерти Андрея Орехова. Крутилось, но к самому событию не приклеивалось.

– Не складывается картина, хоть ты тресни!

В ночной тишине голос Гурова прозвучал, как удар хлыста. Крячко подскочил на постели, чертыхнулся и, откинув одеяло, сел.

– Что опять не так? – обреченно спросил он.

– Все не так. – Гуров тоже сел. – С самого начала все было не так, Стас.

– Слушай, половина первого ночи, – бросив взгляд на часы, проворчал Крячко. – Если намерен говорить загадками, то я, пожалуй, дальше спать.

– Я про Орехова и его убийство, – пояснил Лев. Ему настоятельно требовался слушатель, и лучше Крячко слушателя было не найти.

– Это я понял. Ты конкретнее можешь выражаться?