Читаем Банда - 2 полностью

Выглядел Ковеленов вполне прилично, напоминая по внешнему виду не то школьного учителя, не то больного и потому непьющего слесари, не то частника, подрабатывающего на ремонте старых телевизоров. Носил галстук, правда, неважный, не получил он должного воспитания для того, чтобы носить точный галстук. Впрочем, вполне возможно, что плохие галстуки он носил сознательно, чтобы не светиться, потому что в наше время надеть приличный галстук, значит "выдать себя в чем-то важном. Был он худощав, с лицом несколько помятым превратностями жизни, говорил мало и негромко, что Пафнутьеву нравилось. Не пытался Ковеленов стать ближе, не пытался распотешить его анекдотом, хотя забавных случаев в его воровской жизни было, надо полагать, достаточно. Вообще, к Пафнутьеву Ковеленов относился предупредительно, сознавая разницу в общественном положении. Но и не угодничал, не лебезил, не стремился показать свое усердие и исполнительность. Их беседы чаще всего напоминали разговор двух соратников в равной степени озабоченных возникшей проблемой и в равной степени ответственных за ее скорейшее разрешение. Оба прекрасно понимали, что если уж прозвучала просьба о встрече, то положение крайнее. Это не просто предложение встретиться, это крик о помощи. По пустякам, по житейским надобностям никто из них другого не беспокоил, хотя оба немало могли бы сделать друг для друга.

И, глядя в окно на старика, который удалялся от прокуратуры по мокрой осенней улице, Пафнутьев неожиданно для себя вдруг понял - пора подключать Ковеленова. Он еще раз мысленно прокрутил все происшедшие за последние дни события и опять пришел к тому же - пора.

Пафнутьев набросил плащ, еще не успевший просохнуть, и, подняв воротник, вышел из прокуратуры. На крыльце посмотрел в небо, наслаждаясь мелкой водяной пылью, которая сыпалась откуда-то сверху. И, не задерживаясь, направился в сквер, где, как он знал, есть работающий телефонный автомат.

- Здравствуйте, - сказал он.

- Здравствуйте, - ответил Ковеленов, сразу поняв, с кем он говорит.

- Как поживаете?

- Спасибо, ничего, - словами оба обменивались совершенно нейтральными, такими, которые ни у кого не могли бы вызвать никакого интереса.

- Как сегодня со временем?

- Нормально.

- Через час устроит?

- Вполне.

И оба, взглянув на часы, одновременно повесили трубки. Встреча должна была состояться не просто через час, а точно через час, Ни одной минуты лишней никто ждать не должен. Место было назначено давно и пока не вызывало подозрений. Ковеленов на небольшой скорости подъезжал на машине к скверу, который зарослями кустов выходил на дорогу. А едва останавливался у неприметной тропинки, из кустов в машину протискивался Пафнутьев. И "жигуленок" тут же трогался с места. Даже если бы за Ковеленовым следили, если бы следили и за Пафнутьевым, вряд ли кому-то удалось бы заметить, кто именно сел в машину, в какую машину, да и сам факт того, что кто-то подсел в те считанные секунды, пока машина стояла у кустов, установить было непросто. Важное значение оба придавали согласованности действий. За минуту до назначенного времени Пафнутьев выходил на тропинку, которая вела через кусты и, не торопясь шагал к месту встречи - фонарный столб с дорожным знаком, разрешающим поворот направо. И одновременно трогалась машина Ковеленова, стоявшая до этого в трехстах метрах у небольшого магазина. У столба с дорожным знаком машина останавливалась и еще не было случая, чтобы она простояла больше минуты. Этого времени вполне хватало, чтобы Пафнутьев по тропинке приблизился к столбу, протиснулся сквозь кусты и упал на заднее сидение.

- Одна минута, - это уже плохой результат, - сказал как-то Ковеленов.

- Согласен, - кивнул Пафнутьев.

И с тех пор им стало хватать и полминуты - оба неожиданно для себя осознали, что тридцать секунд - это очень большое время.

- Здравствуйте, Евгений Владиславович, - Пафнутьев плюхнулся на сидение и захлопнул за собой дверцу. Сегодня им хватило десятисекундной остановки.

- Рад вас видеть, Павел Николаевич, в добром здравии, - ответил Ковеленов, сворачивая вправо и вливаясь в общий поток транспорта - Что нового в жизни?

- Сама жизнь каждый день поворачивается все новой стороной, - ответил Пафнутьев. - И все более неожиданной. А у тебя. Женя? Все в порядке?

- Да, можно и так сказать.

- Появились крутые ребята. Женя... Очень крутые. Даже как-то непривычно.

- Чем занимаются?

- Угоняют машины. "Девятки" любят.

- Все "девятки" любят, - кивнул Ковеленов.

- Не останавливаются ни перед чем.

- Есть трупы?

- Есть.

- Это не наши. Приезжие.

- Возможно... Последний раз их было четверо. Один - высокий, в спортивном костюме... Длинные волосы, собирает их на затылке в пучок. Еще один - совсем вроде как малыш, за школьника можно принять... Специалист по дверям.

- Понял.

- Третий - короткий ежик, спортивного склада. Черная куртка, зеленые штаны... О четвертом слушай внимательно... Невысокий, широкоплечий, смуглый... И сам одевается в черное. Не исключено - левша. Главная убойная сила.

- Кавказ?

- Не знаю.

- Кавказцы любят черный цвет. - А в Средней Азии?