— Ага. Очень глубокая мысль. Вы когда перестанете из газет информацию то получать? Могли бы и мне позвонить прежде чем войска в Москву вводить. Ладно. Отпускайте пленника и уводите войска. Ну и ремонт забора и замена стекол за ваш счет. А хотя нет. Оставляйте и свой полк и броню. Вот и будет охрана для Ростеха.

Я скривился и ответил.

— Да как бы самому нужны. Не хотелось бы войска потрошить.

— Не! Ну ты видал а! Борзые какие капитаны пошли. Так ладно. Отстегивай зятя и поговорим вчетвером. Без лишних ушей так сказать.

Я кивнул просто огромному как белый медведь прапорщику поднятому из последней партии афганцев. Тот расстегнул наручники, одним рывком поднял тело и подтолкнул его в сторону тестя. Потом кабинет секунд за двадцать опустел. Президент посмотрел на меня и продолжил.

— В общем так капитан. По моему приказу вы провели учения по захвату офиса Ростеха в условиях максимально приближенных к боевым. По результатам проверки были выявлены вопиющие факты безответственности охраны этого здания. Поэтому. Назначьте человека и пускай он из этого объекта сделает неприступную крепость. Вопросы есть? Нет. Это хорошо. Теперь далее. Что вы тут делаете? Зачем вы вообще сюда пришли?

— Да за вертолетами я пришел. И за самолетами. Захожу а тут этот сидит.

— Понятно. Ладно. Напишите что и сколько вам надо. Будем решать. Но сами понимаете промышленность на пределе, заводы в три смены работают.

— А с резерва снять? Мне то прямо сейчас надо.

— Подумаем. Скорее всего что то подкинем. Но на много не рассчитывайте.

— Понятно. А что с запуском двух спутников которые я уже купил. Надо. Во как надо.

Я провел рукой по горлу.

— До апреля выведем. Пока пользуйтесь нашими каналами.

Я покивал головой и спросил.

— А ворюга так и останется в этом кресле?

Президент посмотрел на меня как на ушибленного и ответил.

— Гриша. Вот сколько он по твоему мнению украл?

— Ну пишут о трех миллиардах в рублях. Но я так предполагаю что три миллиарда но в евро.

— Ну скажем так. Более точная цифра около семи миллиардов в евро.

— Ну вот же, вот!

Радостно заорал я.

— Что, ну вот? Ты хотя бы представляешь себе уровни расходов на этом Олимпе который и зовется властью? А то что он за свои деньги просто закупал оборудование и оплачивал выезды на полигоны. По сути любой боярин которому выдано поручение от царя, должен тратить кучу неучтенных денег. Так было и при Иване Грозном и при Петре Первом и при Иосифе Сталине. Так что и мои люди не избежали такого тягла. Вот и думай. Зачем украл и сколько лично для семьи было оставлено, а сколько на дело потрачено. Так что Гриша, не руби сгоряча.

— Ага. Мне что еще и извинится перед ним?

— Не знаю. Сам решай.

Я набычился и сидел как медведь с опушенной головой и зыркающими глазами. Потом приняв решение я встал и сказал.

— Встаньте пожалуйста господин президент.

Тот немного удивился но встал с кресла. Я же сходил за ржавыми вилами надетыми на сучковатый и кривоватый черенок. Потом примерился и воткнул вилы в кресло.

— Пускай живет и работает. Но при одном условии. Вот эта художественная инсталляция которая обозначает дубину народного гнева, не должна покидать этот кабинет. Так что пускай работает и посматривает, чем могут обернуться его мутные делишки. Ну и пожалуй до свидания. Дел много. Теперь еще и здание восстанавливать и с безопасностью что то надо делать.

Потом развернулся и не прощаясь вышел из кабинета.

20