Читаем Баламут 3 (СИ) полностью

В этот момент с обеих опушек послышались щелчки спускаемых тетив, так что «полюбоваться» результатом первого боевого использования этого заклинания не получилось. Зато я слышал душераздирающие хрипы тех, кто от него умирал. Секунды, эдак, две с половиной, то есть, все время, пока летел на крыльях ветра к командирскому люку и падал сквозь него на свое сидение. Потом щелчок закрывшегося замка отсек внешние звуки и подарил возможность услышать вопрос Язвы:

— Ну что, атакуем?

— Не-не-не! — воскликнул я, упав в кресло и зафиксировав свою тушку ремнями безопасности. Затем врубил внешние динамики и толкнул еще одну обязательную речь. Тем более, что овенорцы решили не уродовать «карету» и прекратили стрельбу: — Я, Ратибор Игоревич Елисеев-Багряный, прибыл на Фамм с миром, но также, как и мои великие предки, пробудившие в себе Великое Сродство с Кровью за великодушие к обманутым и беспощадность к врагам, не терплю ни оскорблений, ни облыжных обвинений. Поэтому в данный момент жажду крови лишь той личности, которая решила наложить руку на мой дом. Говоря иными словами, тот, кто сложит оружие прямо сейчас и уберется куда подальше, останется жив, а все остальные умрут. У вас десять ударов сердца на принятие решения.

— Красивая легенда, однако! — сыто мурлыкнула Бестия из десантного отсека. — Только, боюсь, что твое великодушие никто не оценит, а значит, эти слова не дойдут до ушей тех, кому изначально и предназначались.

— Его великодушие наверняка не оценят, но пару-тройку человек мы все-таки отпустим… — в унисон ей ответила Язва и обратилась к Матвеевне: — Кстати, Маш, тебя не сильно напрягает наша кровожадность?

— Ты называешь это кровожадностью? — желчно спросила Хельга. — Если нас возьмут в плен, то все имущество растащат, Баламута выпотрошат и убьют, а нас с вами будут насиловать до потери… хм… товарного вида. А тварей, способных на подобное, я готова убивать еще в колыбели. Причем превентивно и отнюдь не на словах.

— Наш человек! — довольно заключила Шахова, увеличила масштаб одной части картинки и предвкушающе оскалилась: — Милый, тут к нашему «Мамонтенку» потащили сети. Я надеюсь, мы не станем спешить со снятием иллюзии «Святогора»?

* * *

…Артель «рыбаков» подтянулась к нашему БТСН только после того, как его окружило четыре сплошных кольца из вояк с ростовыми щитами и копьями с «Т»-образными перекладинами, заботливо обмотанными плотной тканью, вместо наконечников. Само собой, к этому времени прошло гораздо больше десяти обещанных «ударов сердца», но я не видел смысла торопиться — дождался начала формирования проходов под этих нереальных смельчаков и снова «вышел в эфир»:

— Что ж, хорошего отношения вы не понимаете. Значит, я вправе дать волю сдерживаемому гневу…

Одновременно с завершением моего монолога Язва скинула иллюзию, превратив внедорожник в машину покрупнее и позубастее. Пока «рыбаки» и их «группа поддержки» охреневали, глядя на угольно-черную «рыбку» на восьми колесах диаметром под полтора метра и с премиленькой башенкой, в которой пряталась скорострельная роторная авиационная пушка с говорящим названием «Амба», Хельга создала и активировала плетение ослепительной вспышки. Естественно, не абы где, а НАД «Мамонтом». Дабы ее увидели все. А мы с Бестией шарахнули по своим секторам ответственности ударными волнами. На этом, естественно, не остановились: пока Шахова перепиливала магов, на всякий случай занявших позицию за спинами обычных вояк, и срезала арбалетчиков вместе с деревьями, на которых они сидели, мы втроем уничтожали врагов в ближней зоне. Как? Лупили со сдвигом по фазе сначала кипением крови, под тройной синергией уничтожавшим все живое в области диаметром под три метра, затем тормозили беглецов земляным штормом, глушили вакуумным взрывом и, дождавшись отката первого заклинания, повторяли цикл заново.

Результаты… хм… воздействий контролировали с помощью картинок на экранах персональных мониторов, благо, Лара опустила один из дронов до высоты в пятьдесят метров, и телеметрия с его камеры показывала все, что творилось вокруг боевой машины. Так что видом кошмарно посиневших и раздувшихся человеческих тел «налюбовались» по самое не могу. Тем не менее, останавливаться не собирались: добив всех тех, до кого дотягивались кипением крови, переключились на обезглавливания, сполохи, плети молний и каменные кулаки. А когда Язва попросила организовать ей проезд сквозь завалы из трупов, выжгли его серией испепелений и продолжили точечную работу по особо шустрым беглецам, метки которых подсвечивались красным. Вернее, убили еще по паре-тройке и были вынуждены остановиться, так как всех остальных расплескала «Амба».