– Видишь ли, уважаемый, – опять вмешался в разговор чистильщик сортиров. – Я имел дерзость поспорить с этими высокородными господами, что истинный Багдадский вор способен за одну ночь обчистить всё подворье великого Шехмета.

– А мы клянёмся, что это не под силу никому!

– Как скажете, благородные воины… но я поставил на этого человека все двенадцать таньга и своего осла в придачу.

– Угу… ты ещё штанишки свои положи сверху, и парни сами откажутся от выигрыша… – душевно посоветовал Лев, но общую суть проблемы уловил. – Итак, если я награблю тут у вас целую гору добра и никто даже не почешется, ты, санперсонал, получаешь?..

– Двадцать четыре таньга, – хором подсказали стражники.

– А если хоть кто-то проснулся или кучка награбленного слишком маленькая, то весь барыш (монетки плюс осёл) идёт доблестным слугам закона?

– Истинно так, – кивнул золотарь.

– Ну а что, собственно, с этого поимею я? – резонно вопросил практичный россиянин. Вопрос поставил спорщиков в тупик, но не надолго.

– Независимо ни от чего ты будешь гулять под луной, счастливо наслаждаясь чистым воздухом этой последней ночи. Но до утренней смены тебе придётся вернуть всё украденное на свои места! Утром ты примешь смерть с лёгким сердцем…

– М-да… должен признать, предложение заманчивое, – поразмыслив, согласился наш герой. – Но при одном условии: этот яйцеголовый тип с больным зубом держится от меня подальше. Иначе чистым воздухом подышать мне никак не удастся!

Активных протестов не было, таким образом, всё четверо пришли к взаимоприемлемому соглашению. Оставалось обсудить рабочие детали типа: у кого что и, главное, в какой очерёдности красть? Золотарь помалкивал, видимо все-таки обиженный на Лёвину брезгливость, а вот стражники расстарались вовсю. Не будучи знакомы даже с первоосновами воровского ремесла, они поназаказывали такого, что у Оболенского попервоначалу едва не отпала челюсть. Во-первых, следовало выкрасть всех лошадей, во-вторых – ограбить кухню, в-третьих – извлечь войсковую казну, а в-четвертых – утащить парадную чалму самого Шехмета! Честно говоря, последнее предложение внесли не стражи, – противный ассенизатор почему-то настоял на непременной краже у высшего начальства, хотя вроде бы это было и не в его интересах. Территориально всё подворье представляло собой правильный квадрат, обнесённый высоким забором из камня и глины. Большие деревянные ворота запирались на засов, справа от ворот находился двухэтажный особняк Шехмета, рядом плац для занятий с оружием, слева – казармы, конюшня и кузница. В принципе, всё рядом, и, прикинув общий план действий, Лев решил, что, пожалуй, всё-таки справится. Если, конечно, немного поменяет порядок действий…

– Итак, парни, прошу внимания – я начинаю!

– Давай-давай! Да сохранит тебя Аллах, сын шайтана! – воодушевлённо напутствовали спорщики. Оболенский резво шагнул вперёд и… рухнул носом в пыль – верёвки на ногах позволяли лишь семенить мелкими шажками.

– Не, братва… так дело не пойдет. Я вам не ёжик какой-нибудь и не расписная китайская невеста! Вор должен двигаться быстро, а с такими условиями я отсюда до казармы только к утру доберусь… Развязывайте на фиг!

– Ай, а вдруг ты захочешь нарушить клятву и убежать?!

– Тогда меня покарает безжалостная десница небес. Они о-о-ох как суровы с клятвопреступниками!

– Вай мэ, какой умный нашёлся… – быстренько скумекали стражи. – А господин Шехмет утром накажет нас, не дожидаясь божественного правосудия! Нет уж… Мы, пожалуй, развяжем тебе ноги, но накинем аркан на шею, чтоб… ты не поддался искушению.

Оболенский едва не искусился другим грехом – сквернословием, но как-то сдержался. Ему почему-то показалось, что местные жители не поймут тех грязных и сочных обозначений, вроде бы естественных вещей и деяний, коими так богат русский мат. Получилось почти в рифму, и Лев обрадовался, решив как-нибудь на досуге попробовать себя в сочинительстве классических рубаи. Ведь его дедушка Хайям ибн Омар слыл здесь признанным поэтом…

– Ну, так что, ты согласен, о вороватый предмет нашего спора? – Подоспевший золотарь уже разматывал длиннющую волосяную веревку.

– Шакал багдадский тебе товарищ… – смачно сплюнул наш герой и кивнул стражникам: – Нате, вяжите, душите, водите на поводке, как пекинеса, только уберите подальше этого ароматизированного труженика. Вам же после него весь двор проветривать придётся…

Чистильщик скрипнул зубом и сжал кулаки. На мгновение щелочки его чёрных глаз блеснули очень знакомым огоньком. Но у Льва, как вы понимаете, не было времени выспрашивать и уточнять…

Глава 21