- Здесь, Бутс? Здесь нет вертолетов. Нет. - Дюк кивнул с убежденностью бывалого. - Они прострелят нам шины. Или попытаются выстрелить в голову водителя.

"О, Господи". Норман очень хотел в туалет. Очень сильно. Он задыхался. Пот катился по его лицу.

"Сейчас я получу пулю в лоб.

Это просто несправедливо".

Он взглянул в зеркало. Патрульная машина была всего в дюжине ярдов позади его машины. Он увидел вихрь ее огней. Даже увидел мрачное лицо человека, чей приятель теперь лежал на дороге разбитый вдребезги. Мужчина наклонился к открытому окну водителя.

"Пистолет!" - подумал Норман.

В этот момент он обеими ногами нажал на тормоз. Машина завизжала. Скользнула в сторону. Преследовавший их водитель боролся с колесом своего автомобиля, чтобы не врезаться в заднюю часть машины Нормана.

Норман смотрел, как мимо пронеслась полицейская машина. Водитель развернулся, чтобы объехать машину Нормана, которая все еще скользила боком по асфальту.

Норман наблюдал.

Как патрульный автомобиль опрокинулся. Перевернулся в дренажную канаву в вихре искр и выхлопного дыма. Он даже слышал, как взревел двигатель, когда машина превратилась в клубок пламени, мчавшийся по водному каналу. В конце концов автомобиль остановился, превратившись в горящие руины. В них находился один мертвый полицейский.

Машина Нормана остановилась Ее двигатель работал на холостом ходу. От внезапно наступившей тишины у Нормана закружилась голова.

- Эй, парень. - Дюк был поражен. - Ты машина для убийства копов. Я и не знал, что в тебе это есть.

Бутс наклонилась вперед, обняла Нормана сзади и поцеловала в щеку. Влажный поцелуй, холодный, как слюна рептилии на его горящей коже. - Норман. Ты мой герой.

Какое-то мгновение Норман смотрел, как горящая патрульная машина выпускает в ночное небо клубы маслянистого черного дыма.

Затем он сказал:

- Мы должны ехать туда, где нас никогда не найдут.

Нажав на педаль газа, Норман поехал прочь от горящего полицейского автомобиля.

Глава 18

Норман стонал.

Стонал, когда вел машину.

Стонал, уставившись воспаленными глазами на то, что было видно в свете автомобильных фар. Мимо проносились деревья, дорожные знаки, убитые люди, закусочные, заправочные станции, одинокий грузовик, перевозящий древесину в два часа ночи.

- О-о-о... Что я наделал? Господи, что я наделал?

- Ты уделал двух копов, вот что ты сделал, - сказал ему Дюк, зачесывая назад свою элвисовскую челку.

– Ты видел, как у первого парня лопнула голова - хлоп! – на лобовом стекле? - Бутс казалась скорее взволнованной, чем потрясенной.

"Я в машине с двумя психами, - подумал Норман. – С двумя сумасшедшими убийцами. Надо выбираться.

Но...

Я тоже сумасшедший убийца. Я только что убил пару копов. Но я же за копов! Я за закон и порядок".

- О, Боже, - простонал он. - Что я наделал?

- Я могу вести машину, старина. - В голосе Дюка звучало беспокойство. - Тебе нужно расслабиться.

- Да, - проворковала Бутс. – Иди сюда, отдохнешь со мной на заднем сиденье.

- Нет. Я должен уехать отсюда. Копы будут искать нас.

- Да, - вздохнула Бутс. - Ты расколол одного как орех, а потом поджарил другого.

- Круто, - кивнул Дюк.

- O... o... o... - Бутс внезапно ударила Нормана в плечо. У нее перехватило дыхание. Она была в восторге от насилия. - Норман. Остановись. Остановись!

- Что?

- Остановись прямо здесь. О...

- Что случилось?

- Ничего.

- Нам надо убираться отсюда. Копы будут рыскать по дорогам. Они будут стрелять на поражение.

- Разве так не всегда бывает? - заметил Дюк.

- Ну пожалуйста, Норман. Ты должен остановиться. Я должна кое-что сделать, иначе мои трусики лопнут.

- Тебе нужно по-маленькому?

- Нет.

- По большому?

- Нет.

Мысли Нормана поплыли, когда мимо машины замелькали уличные фонари. "Что это нашло на Бутс? Сумасшедшая женщина. Сумасшедшая женщина-свинья. С выпуклыми ляжками и вздымающимися грудями. Господи, кажется, я сейчас упаду в обморок".

- Норман, притормози. Пожалуйста.

Дюк сказал:

- Разве ты не собираешься оказать услугу даме?

Норман уже почти не понимал, что он делает. Чувство вины накатывало на него волнами. Он мог думать только об убитых им офицерах. Их семьи? "О Боже, их семьи..."

В тот момент, когда он остановил машину, Бутс чуть не выпрыгнула из машины. Дорога была пустынна. Здесь была сельская местность. Никаких домов.

Может быть, ей нужно проблеваться?

"Хотел бы я блевануть. Излить из себя все это чувство вины".

Дюк сказал: - Лучше выключи свет, пока она не закончит.

- Закончит что?

Норман обернулся, когда Бутс распахнула водительскую дверцу.