Рэйчил изумлённо обернулась – звонко и беззаботно произнесённая фраза совершенно не вязалась с тем, что здесь совершалось.

Рэйчил знала эту девочку – Лориана приводила её на работу около года назад. Ребёнку было приблизительно столько же, сколько было ей самой, когда её родители разбились. Девочка не понимала, что маму скоро засыплют землёй, и она никогда больше не вернётся.

Рэйчил отвернулась, стиснув зубы.

Вся эта утомительная траурная церемония смешалась в какой-то непонятный, тягучий, шмыгающе-рыдающий сумбур: опухшие от слёз лица, красные глаза и носы, чёрные, как колония королевских пингвинов, люди, приглушённый шёпот, передающий из уст в уста сплетни и догадки о том, почему оба гроба закрыты.

– Говорят, что с ними случилось что-то настолько страшное, что девушка, нашедшая их утром, помешалась, – говорили одни.

– Их вроде бы обезглавили, – шептали другие.

– А мы слышали, что на них спустили собак, – возражали третьи.

Как бы то ни было, но гробы были закрыты, и это давало Рэйчил новую пищу для тревог.

Она не помнила, как дошла до машины – только то, как сломала по пути каблук и, в бешенстве выкинув туфли в мусорный контейнер, поехала домой босиком.

У неё было лишь одно желание – найти этого тощего психопата и отдать ему проклятую реликвию, чем бы она ни была. Но сначала…

***

Даже не переодеваясь, Она скинула в прихожей шаль, обула кроссовки, выхватила из тумбочки злополучный каменный цилиндр и выскочила из дома.

Она понятия не имела, как ей найти этого человека, однако твёрдо вознамерилась это сделать, даже если ей придётся лично обойти каждый притон в этом городе.

Но делать этого ей, к счастью, не пришлось – она наткнулась на него неподалёку от своего дома, из чего сделала вывод, что он всё это время следил за ней.

Выйдя из-за угла соседнего здания, он решительно преградил ей дорогу.

– Впечатляющая глупость, – спокойно произнёс незнакомец.

В ответ Рэйчил влепила ему такую пощёчину, что его тёмные очки слетели с переносицы и разбились о землю.

Равнодушно подняв их, он с укором посмотрел на девушку.

И только теперь Рэйчил поняла, почему он не снимал эти очки даже вечером – незнакомец скрывал свои глаза. И не удивительно – радужная оболочка этих необычных глаз была серебристой, а на месте отсутствующего зрачка даже при ярком дневном свете различалось тёплое золотистое мерцание.

«Что за чёрт?»– подумала Рэйчил, непроизвольно отшатнувшись.

– Не угадала.

Он помолчал несколько секунд и продолжил:

– Послушай, я знаю, что ты расстроена из-за похорон. Мне тоже жаль ту девочку, жаль, что так вышло. Однако ни я, никто-либо другой не в силах этого изменить. Но её мать отправилась туда, куда должно отправляться всем душам после смерти.

– Какого хрена? Что это за бред?

– Это не бред. Просто что ты слишком большое значение придаёшь воплощению души… не важно. А вот если бы тебя схватили и забрали Клинок, последствия были бы куда трагичнее.

Рэйчил до сих пор не была уверена, что улавливает суть разговора, но собеседник, не пожелав далее ничего разъяснять, схватил её под локоть и настойчиво поволок в сторону дома.

– Если хочешь, чтобы ни ты, ни остальные твои сотрудники не пострадали, оставь Клинок у себя ещё на несколько дней. Затем я его заберу, а тебя отвезу в безопасное место, где ты сможешь переждать, пока всё не утихнет.

– Да, но…

– Я не знаю, где сейчас скрываются эти твари, – пояснил он. – Если я заберу Квилибрус и покину город, они, вероятнее всего, ещё некоторое время не будут знать об этом. Для меня это хорошая фора, а для тебя и твоих друзей – верная смерть. Хотя пару сотен лет назад я бы поступил именно так, и вряд ли меня бы беспокоила судьба нескольких воплощений. Это крошечная капля в море по сравнению с миллиардами душ, которые… не важно.– Снова оборвал он сам себя, перехватив её недоумённый взгляд. – Проблема в том, что я непозволительно размяк, и у меня появилась такая отвратительная вещь, как совесть. И она меня замучает, если я оставлю на верную смерть несколько ни в чём не повинных существ. Ты и твои друзья оказались в положении детей, забежавших на минное поле.

Рэйчил растерянно молчала. О чём он? Какие сотни лет? Ему на вид не больше тридцати!

Поняв, что ответа так и не последует, собеседник перешёл к делу:

– Я могу спасти тебя. А ты можешь спасти своих друзей, если согласишься сыграть роль приманки.

– Приманки для кого?

– Для тех, кто напал на лабораторию. Мы уведём их за собой, и никто больше не пострадает.

– Почему я должна тебе верить?

– У тебя нет выбора, если хочешь, чтобы твоё очередное воплощение скоропостижно не прервалось.

– Чего?

– Просто постарайся не умереть. Хотя бы до завтра.

Глава 4

В путь!

Спустя два дня после этого разговора была убита Ребекка. Ей даже не пришлось выходить на ночное дежурство – её убили в собственной квартире.

Теперь у каждого дома сотрудников лаборатории дежурила патрульная машина. Но Рэйчил знала, что за её домом наблюдает и кое-кто ещё – высокий тощий человек со странными серебристыми глазами.