Читаем Август (август 2008) полностью

«Порча, заметил один из современных композиторов, началась с Бетховена. Глухой, плохо соображавший, наполовину обезумевший от мучительных тягот, больной композитор вышел за пределы существующих оркестров», - так начинает свою книгу Лебрехт, подбираясь к неприглядной природе дирижерского искусства. Увы, начинает, но не заканчивает. В этой книге есть все: множество любопытных фактов, остроумие, знание музыкальной культуры, умение апеллировать к тонким чувствам не в меньшей степени, чем к грубым, есть чувство языка и способность построить композицию, дабы удерживать читателя в напряжении столько, сколько потребуется. И нет лишь одного - ума. Ума, необходимого, чтобы понять: исполнение симфонического произведения силами ста двадцати человек под управлением сто двадцать первого не может не обнаружить неприглядных свойств характера каждого из них. Если бы Лебрехт захотел пойти дальше этого наблюдения, задолго до него сделанного Феллини, то ему пришлось бы рано или поздно прийти к заключению, что неслучайно Гитлер подался в фюреры из художников, а Сталин в молодости писал стихи. Гармония и демократия - вещи не только не тождественные, а зачастую и противоположные. История немецкого романтизма, в котором, вне всякого сомнения, лежат глубокие корни гитлеровского фашизма и прочих европейских ужасов, доказывает это как дважды два. Во второй половине ХХ века, после победы над Германией, в эпоху восходящей политкорректности и победительной мультикультурности, единственным видом искусства, где оставался простор для сублимации, была музыка. В литературе, живописи, архитектуре - повсюду маленькие гитлеры были бы выявлены и устранены. А в симфонических оркестрах, специально построенных на доминировании и подчинении, без них нельзя. Понять это очень просто, не менее просто, чем понять, почему властный самодур ползает на коленях перед полоумной наркоманкой, а страстный поклонник и пропагандист Вагнера, одним движением кисти добивающийся от эскадрильи струнных мощнейшего фортиссимо, давая телеинтервью, говорит в камеру с таким неподдельным смущением. Не желая получить ответ на этот вопрос, можно отложить в сторону Лебрехта, дабы не терять время зря. И увлечься простыми и совсем не страшными рассказами о гомосексуальных похождениях Владимира Горовица. Или беллетристикой, посвященной Абдулле Урюковичу. Или просто таблоидами. Максим Галкин скоро родит. Куда как приятнее: нет нужды заучивать новые, незнакомые имена.

This file was created

with BookDesigner program

bookdesigner@the-ebook.org

12.01.2012