Читаем Ave Atque Vale полностью

Всё закончилось — время, нездешние страсти,Сны, желанья, и горькие песни и сладость;В рук огромных объятьи обретёшь ли ты радость,Титаниде отдавшись в любовную власть?Как предрёк в одном из своих видений —К голове прильнёшь, обнимешь колени,Сев в глубокой тени выступающей груди,У подъёма блаженного ног могучих,Среди буйных потоков волос текучих,Что дух древнего леса в памяти будят,На холмах ветерок летучий?

VII

После смерти все ли виденья сбылись?Цветов странных садовник, какие бутоны,Лепестки собираешь ты в царстве сонном?Там восторги, насмешки и муки продлились,Что от жизни осталось, есть там зло и любовь?Плод там серый, как пыль, или алый, как кровь?Прорастёт в стране мёртвых живое семя,Поля смерти земной побег приютят,В нижних странах, где наши светила молчат,И безмолвны звёзды? Где будем все мы —Нам цветы порадуют взгляд?

VIII

Увы! Пусть летят мои песни следом,Старший, лучший певец, но твоих не догнали,Лишь следы быстрых ног они повстречали;Смех загадочный, с тайной насмешкой приветыОт слепой и немой царства мёртвых охраны,Из-под тёмной вуали Прозерпины взгляд странный,Уст бескровных тихий, унылый вздох,Из забытых глаз слёз нечастый звон:Только это нашёл, устремившись вдогон,Увидел, услышал тоскующий дух,Только это находит он.

IX

Далеко ты ушёл: ни крыльям, ни словуНе догнать в дали, ни молитве, ни мысли.Где твой ветер искать, в какой паришь выси?Где всё сущее поло — как настичь тебя зову?Не угаснет желанье, что движет нами —Смерть мечтой одолеть, задуть вихрем пламя,В грёзах ищем мы мёртвых, найти не в силах,Быстро грёзы летят — всё же пламя быстрее,В небесах опустевших, недоступное, реет,Напрягаем мы зренье — очи тьма ослепила,Да и слух уставший слабеет.

X

Не тебя — увы мне! — во времён извивахНахожу — только звук, душой здесь забытый,Тень летучего духа — стихов список свитый:Он в моей руке, и не смерти лживойРазлучить нас, от песен дух оторвать,Память сердца сгубить и мелодий рать,Встала что у ступеней траурной Музы —Им привет и поклон, с ними чувствую я,Будто руку сжимает рука твоя,Будто многие, плача, в печальном союзеПред гробом твоим предстоят.

ХI

И я тоже здесь, на твоём отпеванье,Где костёр догорел, и насыпали землю,Принесли мы жертвы, что боги приемлют,И во имя мёртвых творим возлиянье;Я беззвучно приветствую мёртвых, и щедроОдаряю богов, что земные недраНаселяют незримо, храня вечный покой.Ароматы и мёд — вот мой нынешний дар,И плоды, что нашёл я в своих садах,Как Орест, возлагаю дрожащей рукойПрядь волос на могилы алтарь.

XII

Перейти на страницу:

Похожие книги

Монады
Монады

«Монады» – один из пяти томов «неполного собрания сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007), ярчайшего представителя поэтического андеграунда 1970–1980-x и художественного лидера актуального искусства в 1990–2000-е, основоположника концептуализма в литературе, лауреата множества международных литературных премий. Не только поэт, романист, драматург, но и художник, акционист, теоретик искусства – Пригов не зря предпочитал ироническое самоопределение «деятель культуры». Охватывая творчество Пригова с середины 1970-х до его посмертно опубликованного романа «Катя китайская», том включает как уже классические тексты, так и новые публикации из оставшегося после смерти Пригова громадного архива.Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия / Стихи и поэзия
Владимир
Владимир

Роман известного писателя-историка С. Скляренко о нашей истории, о прошлом нашего народа. Это эпическое произведение основанное на документальном материале, воссоздающее в ярких деталях историческую обстановку и политическую атмосферу Киевской Руси — колыбели трех славянских народов — русского, украинского и белорусского.В центре повествования — образ легендарного князя Владимира, чтимого Православной Церковью за крещение Руси святым и равноапостольным. В романе последовательно и широко отображается решительная политика князя Владимира, отстаивавшего твердую государственную власть и единство Руси.

Александр Александрович Ханников , В. В. Роженко , Илья Валерьевич Мельников , Семён Дмитриевич Скляренко , Семен Дмитриевич Скляренко

Скульптура и архитектура / Поэзия / Проза / Историческая проза