Читаем Аттила полностью

Что касается места захоронения Аттилы, то здесь, как и в случае с причиной его смерти, существует целый ряд версий. И вновь хочется отдать предпочтение той, с которой выступил историк Джон Мэн на страницах своего исследования об Аттиле, которое мы неоднократно цитировали на страницах этой книги.

«...Гунны, больше не являясь кочевниками, прожили в Венгрии всего два поколения. У них не было священного места, подходящего для погребения вождей, и даже если они отдаленно помнили благодаря фольклору о своем (недоказанном) происхождении от хунну, поблизости отсутствовали горы, которые могли бы стать мостом между землей и небом. Им не оставалось ничего другого, как зарыть гроб в земле.

Вот во что верят венгры, не без содействия Гардоньи. Где должен был быть похоронен правитель?

„Старая Кама ответила, следуя божественному совету: «На реке Тисе множество крошечных островков. Отведите воду из более узкого рукава в том месте, где река разделяется. Выройте очень глубокую могилу в обнажившемся дне и затем расширьте это дно. После того как правитель будет похоронен, пустите воду обратно в рукав»“.

В результате сегодня в Венгрии многие уверены и считают это непреложным фактом, что Аттила покоится в могиле, вырытой на дне Тисы».

Что же произошло с империей Аттилы после его смерти?

Несложно сообразить, что ничего хорошего произойти не могло.

Так всегда случается, когда из жизни уходит харизматический лидер, а в окружении его отсутствовали сколько-нибудь пригодные на замещение его роли кандидаты. Аттила слишком выделялся и превосходил своих соплеменников, чтобы среди них мог быть кто-то достойный его.

Исключения не составили и собственные дети Аттилы. Согласно Иордану:

«После того как все было закончено, между наследниками Аттилы возгорелся спор за власть, потому что свойственно юношескому духу состязаться за честь властвования,– и пока они, неразумные, все вместе стремились повелевать, все же вместе и утеряли власть. Так часто переизбыток наследников обременяет царство больше, чем их недостаток. Сыновья Аттилы, коих, по распущенности его похоти, [насчитывалось] чуть ли не целые народы, требовали разделения племен жребием поровну, причем надо было бы подвергнуть жеребьевке, подобно челяди, воинственных королей вместе с их племенами.


Перейти на страницу:

Похожие книги

Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище
Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище

Настоящее издание посвящено малоизученной теме – истории Строгановского Императорского художественно-промышленного училища в период с 1896 по 1917 г. и его последнему директору – академику Н.В. Глобе, эмигрировавшему из советской России в 1925 г. В сборник вошли статьи отечественных и зарубежных исследователей, рассматривающие личность Н. Глобы в широком контексте художественной жизни предреволюционной и послереволюционной России, а также русской эмиграции. Большинство материалов, архивных документов и фактов представлено и проанализировано впервые.Для искусствоведов, художников, преподавателей и историков отечественной культуры, для широкого круга читателей.

Татьяна Леонидовна Астраханцева , Коллектив авторов , Юрий Ростиславович Савельев , Мария Терентьевна Майстровская , Георгий Фёдорович Коваленко , Сергей Николаевич Федунов , Протоиерей Николай Чернокрак

Биографии и Мемуары / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное
Моя борьба
Моя борьба

"Моя борьба" - история на автобиографической основе, рассказанная от третьего лица с органическими пассажами из дневника Певицы ночного кабаре Парижа, главного персонажа романа, и ее прозаическими зарисовками фантасмагорической фикции, которую она пишет пытаясь стать писателем.Странности парижской жизни, увиденной глазами не туриста, встречи с "перемещенными лицами" со всего мира, "феллинические" сценки русского кабаре столицы и его знаменитостей, рок-н-ролл как он есть на самом деле - составляют жизнь и борьбу главного персонажа романа, непризнанного художника, современной женщины восьмидесятых, одиночки.Не составит большого труда узнать Лимонова в портрете писателя. Романтический и "дикий", мальчиковый и отважный, он проходит через текст, чтобы в конце концов соединиться с певицей в одной из финальных сцен-фантасмагорий. Роман тем не менее не "'заклинивается" на жизни Эдуарда Лимонова. Перед нами скорее картина восьмидесятых годов Парижа, написанная от лица человека. проведшего половину своей жизни за границей. Неожиданные и "крутые" порой суждения, черный и жестокий юмор, поэтические предчувствия рассказчицы - певицы-писателя рисуют картину меняющейся эпохи.

Александр Снегирев , Елизавета Евгеньевна Слесарева , Адольф Гитлер , Наталия Георгиевна Медведева , Дмитрий Юрьевич Носов

Биографии и Мемуары / Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза / Спорт