Читаем Аттила полностью

Он неотвратимо двигался по направлению к Риму, не ведая, что его экс-партнер Аэций активно организует против него силы. Видимо, Аттила, рассчитывая на их давешние отношения, уповал на то, что Аэций под благовидным предлогом предпочтет занять нейтралитет.

Аэций же, явно не помятуя о былой дружбе, изо всех сил пытался сплотить разрозненные варварские племена, обитавшие на территории Галлии. Одни из них вняли его призыву, другие предпочли сражаться на стороне Аттилы.

Вскоре на пути гуннов встал большой город – Орлеан; они почти взяли его, но подоспели римские штандарты, и Аттила предпочел перебраться на открытые пространства, поскольку лесистая местность у Луары не дала бы проявиться во всем блеске доблести его воинов.

И вот в 160 км от Орлена, возле Труа, гунны оказались у деревушки Шартр.

Деревушка эта находилась на Каталаунских полях, где Аттиле предстояло сойтись с объединенными силами своих врагов.

Битва на Каталаунских полях...

Это сражение настолько примечательно, что заслуженно вошло во все антологии известнейших военных баталий. После того как Аттила в этой битве не стал триумфатором, хотя и нанес римлянам и их сторонникам жесточайший урон, его безудержные амбиции быстро овладеть всем миром остро нуждались в пересмотре...

Однако вернемся к самой битве.

Лучшее, самое красочное и детальное описание ее принадлежит пиру готского историка Иордана. Обратимся непосредственно к его сочинению.

«И вот выводит Теодорид, король везеготов, бесчисленное множество войска; оставив дома четырех сыновей, а именно: Фридериха и Евриха, Ретемера иХимнерита,– он берет с собой для участия в битвах только старших по рождению, Торисмуда и Теодериха. Войско счастливо, подкрепление обеспечено, содружество приятно: все это налицо, когда имеешь расположение тех, кого радует совместный выход навстречу опасностям. Со стороны римлян великую предусмотрительность проявил патриций Аэций, на котором лежала забота о Гесперийской стороне империи; отовсюду собрал он воинов, чтобы не оказаться неравным против свирепой и бесчисленной толпы. У него были такие вспомогательные отряды: франки, сарматы, арморицианы, литицианы, бургундионы, саксоны, рипариолы, брионы – бывшие римские воины, а тогда находившиеся уже в числе вспомогательных войск, и многие другие, как из Кельтики, так и из Германии.

Итак, сошлись на Каталаунских полях, которые иначе называют Мавриакскими; они тянутся на сто лев (как говорят галлы) в длину и на семьдесят в ширину. Галльская лева измеряется одной тысячью и пятьюстами шагами. Этот кусок земли стал местом битвы бесчисленных племен. Здесь схватились сильнейшие полки с обеих сторон, и не было тут никакого тайного подползания, но сражались открытым боем. Какую можно сыскать причину, достойную того, чтобы привести в движение такие толпы?Какая же ненависть воодушевила всех вооружиться друг против друга? Доказано, что род человеческий живет для королей, если по безумному порыву единого ума совершается побоище народов и по воле надменного короля в одно мгновение уничтожается то, что природа производила в течение стольких веков!