Читаем Аттила полностью

2. Кулачный бой.

На кону медный треножник, ценой в 12 волов, и пленная дева ценой в 4 вола.

3. Борьба. При этом случае Одиссей употребит ловкость подшибатьборющегося с ним ногой( подножку).

На кону серебряный великолепный сосуд Сидонского изделья, помрачивший своей красотой все известные в то время по искусству изделия чаши.

4. Бег взапуски.

5. Поединок.

6. Бросание железной самородной глыбы.

7. Стрельба из лука по выпущенной на привязи голубке».

В заключение приведем слова Нестора о древнем Русском обычае сожигания:

«А Радимити, Вятичи и Севера (Сербы), аще кто умирал, творяху тризнунад ним, и по сем творяху кладувелику и возложат на кладумертвеца и сожигаху;и по сем, собравше кости влагаху в сосудмал, и поставляху на столпена путех. Се же творят Вятичи ныне. Сии ж обычаи творят и Кривичи и прочии погании,не ведуще закона Божия, но творяху сами собе закон.

И посла Ольга к Деревляном, рекуще сице: „Се уже иду к вам, да пристроите меды многи в граде, иде же убисте мужа моего; да плачу над гробом его, и сотворю тризну мужу своему“. Они же то слыщавше, совезоша меды многи; зело и взвариша. Ольга же поишми мало дружины и легко идуще прииде к гробу его, и плакася по мужи своем. И повеле людем ссыпати могилу велику, и яко ссыпаша, и повеле трызнутворити. По сем седоша пити Деревляне, и повеле Ольга отроком своим служити пред ними и т. д.».

Вместе с этим легко уже объясняются и рассказы Геродота об обряде погребения, существовавшего у Скифов (Руссов) в IV веке до Р. Х.

Кн. IV. LXXV: «Кладбища царей Скифских находятся в Руси, в том самом месте, где начинается судоходство по Борисфену (Днепру)... Когда умрет у них царь, то (по совершении сорокадневной тризны), очищении тела от внутренностей и намащении благовониями везут его на колеснице в Русь. Все жители мест, чрез которые везут тело, также обрезывают волосы и терзают себя.По прибытии в столицу ставят тело в гробу на одр, устланный зеленью; потом устраивают из копий крытый навес, под которым, задушив любимицуцаря, кравчего, повара, конюшего, гонца и лошадей, предают все погребению c разными вещами и золотыми кубками; а потом насыпают высокую могилу».

Из свода этих описаний обряда погребения можно уже составить приблизительно верное и полное понятие о древнем Русском обряде, который совершился и по смерти Аттилы.

Приложение 3


Роль нашествия гуннов под предводительством Аттилы в свете теории этногенеза Л. Н. Гумилева


От составителя

Конечно же, Лев Николаевич Гумилев (1912—1992) не нуждается в особом представлении. Это знаменитый на весь мир историк-этнолог, доктор исторических и географических наук. Добавим также: переводчик, поэт, драматург.

До сих пор к созданной им пассионарной теории этногенеза в ученом мире относятся по-разному, однако важность его открытий неоспорима.

Мы приводим ниже фрагменты трех известнейших работ Л. Н. Гумилева, по которым можно получить исчерпывающее представление об исторической роли гуннов и Аттилы. Важно отметить, что выводы Гумилева относительно Аттилы были для своего времени нетипичны и сенсационны; они сохраняют свою научную актуальность до сих пор.

Из работы «Этногенез и биосфера Земли»

Гунны в IIIVвв. н. э.

Весьма распространено мнение, что Великое переселение народов в Европе произошло вследствие наступления на них кочевых гуннов из Заволжья. Однако ознакомление с датами событий позволяет это мнение отвергнуть полностью.

Хунну – кочевая держава, возникшая в современной Монголии ранее IV в. до н. э. Тюркоязычные хунны, будучи обществом доклассовым, создали державу, основанную на «господстве над народами». Начиная с 209 г. до н. э. по 97 г. до н. э. держава Хунну растет и разбивает лучшие силы могучего Китая, а после этого победившее Хунну неуклонно слабеет, а разбитый Китай без боя становится господином положения, т. е. победа не пошла хуннам впрок.

В I в. н. э. хунны освободились из-под власти Китая, но распались на четыре ветви, одна на коих, наиболее неукротимая и свободолюбивая, отбиваясь от наседавших со всех сторон врагов, в 155—158 гг. скрылась на западе Великой Степи, перемешалась с уграми Волго-Уральского междуречья и превратилась за 200 лет в восточноевропейский этнос, который во избежание путаницы принято называть «гуннами».

За III—IV вв. гунны победили алан, «истомив их бесконечной войной», и только в V в. перешли Карпаты и попали в долину Дуная, причем часть их – акациры – осталась в родных степях на Дону и Волге.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище
Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище

Настоящее издание посвящено малоизученной теме – истории Строгановского Императорского художественно-промышленного училища в период с 1896 по 1917 г. и его последнему директору – академику Н.В. Глобе, эмигрировавшему из советской России в 1925 г. В сборник вошли статьи отечественных и зарубежных исследователей, рассматривающие личность Н. Глобы в широком контексте художественной жизни предреволюционной и послереволюционной России, а также русской эмиграции. Большинство материалов, архивных документов и фактов представлено и проанализировано впервые.Для искусствоведов, художников, преподавателей и историков отечественной культуры, для широкого круга читателей.

Татьяна Леонидовна Астраханцева , Коллектив авторов , Юрий Ростиславович Савельев , Мария Терентьевна Майстровская , Георгий Фёдорович Коваленко , Сергей Николаевич Федунов , Протоиерей Николай Чернокрак

Биографии и Мемуары / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное
Моя борьба
Моя борьба

"Моя борьба" - история на автобиографической основе, рассказанная от третьего лица с органическими пассажами из дневника Певицы ночного кабаре Парижа, главного персонажа романа, и ее прозаическими зарисовками фантасмагорической фикции, которую она пишет пытаясь стать писателем.Странности парижской жизни, увиденной глазами не туриста, встречи с "перемещенными лицами" со всего мира, "феллинические" сценки русского кабаре столицы и его знаменитостей, рок-н-ролл как он есть на самом деле - составляют жизнь и борьбу главного персонажа романа, непризнанного художника, современной женщины восьмидесятых, одиночки.Не составит большого труда узнать Лимонова в портрете писателя. Романтический и "дикий", мальчиковый и отважный, он проходит через текст, чтобы в конце концов соединиться с певицей в одной из финальных сцен-фантасмагорий. Роман тем не менее не "'заклинивается" на жизни Эдуарда Лимонова. Перед нами скорее картина восьмидесятых годов Парижа, написанная от лица человека. проведшего половину своей жизни за границей. Неожиданные и "крутые" порой суждения, черный и жестокий юмор, поэтические предчувствия рассказчицы - певицы-писателя рисуют картину меняющейся эпохи.

Александр Снегирев , Елизавета Евгеньевна Слесарева , Адольф Гитлер , Наталия Георгиевна Медведева , Дмитрий Юрьевич Носов

Биографии и Мемуары / Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза / Спорт