Читаем Аттила полностью

«Переждав проезд Аттилы, мы все отправились вслед за ним. Переправясь чрез несколько рек,мы наконец прибыли в обширное Место,где находился дворец Аттилы, великолепию которого, как говорили, не было нигде подобных. Этот дворец был построен из брусьев и досок превосходно обтесанных и обнесен деревянною стеною, составляющею не защиту, а украшение». (Иорнанд, почерпая из Приска же описание столицы Аттилы и дворца его, сообщает об оных следующее: «Я назвал столицу Аттилы весью(vicus); но этa весь уподоблялась величайшему городу. Дворец был деревянный, построевный из брусьев столь гладко прилаженных и лоснящихся, что с трудом можно было рассмотреть соединение их между собою. Тут были обширные столовые палаты, портики (крыльца) великолепно расположенные; дворцовая же площадь (area curtis), обнесенная оградой, столь была пространна, что одна ее обширность обличала царскую обитель)».

«Близ царскаго дворца был дом Онигиса,с такою же оградой, но не изукрашенной подобно дворцу башнями. В довольно значительном расстоянии от ограды находилась баня, которую Онигис,после царя богатейший и могущественнейший между Скифами, построил из камня, привезенного из Пеонии; ибо у варваров, населяющих эту часть страны, нет ни камня, ни дерев(строительных), почему они лес и все строительные материалы употребляют привозные из других мест.Зодчим при постройке бани был пленный уроженец Сирмии».

Сведем теперь путь посольства и расстояния, по направлению к Киеву.

1. Переезд от переправы на Дунае до остановки на дороге к стану Аттилы, 70 стадий, или около 3 часов – 15 верст.

2. До стана Аттилы переезд 8 часов – 40 верст.

3. Переезд вместе с Аттилой, предположительно до Бузео, около 53 часов – 265 верст.

4. Долговременный переезд от Бузео, чрез Сереть, Прут и Днестр, по направлению к Балте, около 72 часов – 360 верст.

NB. Аттила мог свернуть в Торговище (Терговиште) или даже отправиться чрез горы и Трансильванию, но общее расстояние последних двух переездов остается то же.

5. От Балты, или предполагаемаго владения жены Владо, 7дней путидо места, где была остановка и встреча с посольством Римским, на соединении путей,– предположительно в Сквири,56 часов – 280 верст.

6. От этого места продолжение пути до Киева, вместе с Аттилой, около 3 дней, 24 часа – 120 верст.

Итого получается: 1080 верст.

Проложим эти же переезды от переправы при Mapre, к северу по Венгрии, сократив не определенные Приском расстояния до крайности.

1. До стана Аттилы – 55 верст.

2. Путь от стана вместе с Аттилой сократим, вместо нескольких дней, на один день – 40 верст.

3. Долговременный путь, во время которого посольство переправлялось чрез многия малые судоходные реки и чрез три больших, сократим на 6 дней – 240 верст.

4. От владения жены Владо, до встречи с послами Римскими 7дней пути– 240 верст.

5. На переезд с Аттилой до столицы, со всеми переправами чрез реки, положим только один день – 40 верст.

Итого получается: 655 верст.

Из этих 655 верст сбросим 155, на сокращение дневного пути до 30 верст,– останется 500 верст; положим их от переправы чрез Дунай на север по Венгрии,– столица Аттилы придется на самой вершине Карпатов.

Кажется, все это осязательно уже убеждает, что столица Аттилы, Hun norum regis, Кuenkuneg, т. е. Кыянскаго князя; была не в недрах, а вне Карпатов, именно там, где ее находят изложенные нами предания.

Слова Приска, что в той части Скифии, где была эта столица, нет ни камней, ни дерев, удобных для зданий,и что для построения бани камень привезен был из Пeoниu,окончательно противоречат напрасному труду искать столицу на равнине Тейса, в соседстве каменоломен Мишколоча (Misrolz) и сплавки по р. Бордичу 30 саженного соснового лесу и 15-саженных дубов, аршин пять в обхвате. Киев же, напротив, действительно нуждался в привозных строительных материалах, которые могли привозиться туда водой и из Пеонии,и из Паннониистоль же удобно, как из Херсона – четыре кони медяны,из Греции – громады мрамора, употреблявшегося на гробницы князей, и неизвестно откуда гранит на ограды и бани:«Сей бо Ефрем (Епископ Переяславский) заложи бо (в 4089 г.) церковь на воротех Св. Феодора и Св. Андрея у ворот, а город каменьи строение банное каменно».

Г. Венелин, смотревший на историю не чужими глазами, не поверхностно, сознает во всех обычаях так называемых Гуннов, исконные обычаи Руссов; и это так очевидно – в приеме послов, в предварительных переговорах их с боярами посольской избы, в допущении бить челоми подносить поминкицарю и потом царице,в приглашении их на обед в столовую избу, в обычае поднесения царской чашикравчими и вообще в обрядах угощения,– что XVII век от V века разнится только подробностями в описаниях.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище
Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище

Настоящее издание посвящено малоизученной теме – истории Строгановского Императорского художественно-промышленного училища в период с 1896 по 1917 г. и его последнему директору – академику Н.В. Глобе, эмигрировавшему из советской России в 1925 г. В сборник вошли статьи отечественных и зарубежных исследователей, рассматривающие личность Н. Глобы в широком контексте художественной жизни предреволюционной и послереволюционной России, а также русской эмиграции. Большинство материалов, архивных документов и фактов представлено и проанализировано впервые.Для искусствоведов, художников, преподавателей и историков отечественной культуры, для широкого круга читателей.

Татьяна Леонидовна Астраханцева , Коллектив авторов , Юрий Ростиславович Савельев , Мария Терентьевна Майстровская , Георгий Фёдорович Коваленко , Сергей Николаевич Федунов , Протоиерей Николай Чернокрак

Биографии и Мемуары / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное
Моя борьба
Моя борьба

"Моя борьба" - история на автобиографической основе, рассказанная от третьего лица с органическими пассажами из дневника Певицы ночного кабаре Парижа, главного персонажа романа, и ее прозаическими зарисовками фантасмагорической фикции, которую она пишет пытаясь стать писателем.Странности парижской жизни, увиденной глазами не туриста, встречи с "перемещенными лицами" со всего мира, "феллинические" сценки русского кабаре столицы и его знаменитостей, рок-н-ролл как он есть на самом деле - составляют жизнь и борьбу главного персонажа романа, непризнанного художника, современной женщины восьмидесятых, одиночки.Не составит большого труда узнать Лимонова в портрете писателя. Романтический и "дикий", мальчиковый и отважный, он проходит через текст, чтобы в конце концов соединиться с певицей в одной из финальных сцен-фантасмагорий. Роман тем не менее не "'заклинивается" на жизни Эдуарда Лимонова. Перед нами скорее картина восьмидесятых годов Парижа, написанная от лица человека. проведшего половину своей жизни за границей. Неожиданные и "крутые" порой суждения, черный и жестокий юмор, поэтические предчувствия рассказчицы - певицы-писателя рисуют картину меняющейся эпохи.

Александр Снегирев , Елизавета Евгеньевна Слесарева , Адольф Гитлер , Наталия Георгиевна Медведева , Дмитрий Юрьевич Носов

Биографии и Мемуары / Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза / Спорт