Читаем Ацтек полностью

— Никто не знает, в чем тут дело, — сказал Красная Река, — но цьюйю оказывает подобное влияние на всех животных, а на людей — в особенности. Бывает, что мужчины и женщины возбуждаются настолько, что, не в силах сдержаться, начинают совокупляться прилюдно. Сильная дрожь земли даже маленьких мальчиков доводит до извержения семени, а девочки, никогда не знавшие мужчины, к полному своему изумлению, испытывают те же ощущения, какие бывают при соитии у взрослых женщин. Порой задолго до того, как почва приходит в движение, собаки и койоты начинают скулить или выть, а птицы встревоженно срываются с гнезд и мечутся в воздухе. По поведению животных мы научились определять, когда следует ждать по-настоящему опасного землетрясения. Добытчики камня покидают карьеры и перебираются в безопасные места, знать выходит из каменных дворцов под открытое небо, жрецы оставляют свои храмы. Впрочем, даже несмотря на предупреждения, по-настоящему сильные толчки все равно влекут за собой жертвы и разрушения.

С другой стороны, нельзя не признать, что цьюйю дает больше жизней, чем отнимает. По истечении трех четвертей года после любой серьезной встряски всего за несколько дней рождается великое множество детишек.

Поскольку мой член так и норовил выскочить из набедренной повязки, я сразу принял эти слова на веру и позавидовал Пожирателю Крови, который вытворял в тот день такое, что навсегда оставил по себе память в том ауйаникали. Окажись я во время землетрясения на людной городской улице, я, возможно, поставил бы под угрозу мир между нашими народами, набросившись на первую попавшуюся женщину.

Да, понимаю, это не то, о чем стоит распространяться. Однако, мне кажется, я мог бы высказать вашему преосвященству свои соображения по поводу того, почему у животных сотрясение земли вызывает лишь страх, а у людей еще и пробуждает вожделение.

Когда наш отряд, в самом начале того долгого путешествия, впервые разбил лагерь под открытым небом, я ощутил на себе пугающее воздействие тьмы и пустоты, а потом на меня накатила тяга к соитию. Точно так же все мы — и разумные существа, и низшие животные, — сталкиваясь с чем-то неведомым и неподвластным нам, естественно, испытываем страх. Но низшие существа при этом не задумываются о смерти, ибо просто-напросто не понимают, во всяком случае в той же степени, что и мы, что это такое. Другое дело — люди. Мужчина может стойко встретить достойную смерть на поле боя или на жертвенном алтаре. Женщина может не менее достойно рискнуть жизнью при рождении ребенка. Но мы не способны отважно встретить смерть, приходящую равнодушно, словно чьи-то пальцы просто гасят фитиль лампы.

Больше всего мы страшимся бессмысленной, случайной гибели, и в тот миг, когда к нам подступает страх смерти, в нас непроизвольно пробуждается потребность в том, что способствует зарождению жизни. Что-то в недрах нашего сознания вопиет: «Ауилема! Совокупись! Пусть это не спасет твою жизнь, но может быть, поможет заронить в этот мир другую!» И потому тепули мужчин возбуждаются, а тепили женщин раскрываются и начинают сочиться влагой…

Впрочем, это всего лишь мое собственное предположение. Однако у вас, ваше преосвященство, и у вас, почтенные братья, еще будет возможность его подтвердить или опровергнуть. Этот остров, на котором стоит город Теночтитлан-Мешико, расположен на еще менее устойчивом, чем Шалтокан, илистом донном ложе, и его то и дело сотрясают толчки, порой очень сильные. Рано или поздно вы и сами ощутите конвульсивное сотрясение земли, вот тогда и посмотрите, как откликнутся на него ваши сокровенные органы.

По правде сказать, для столь долгой задержки в Цаачиле и его окрестностях у нас не было никакой веской причины. Нам просто хотелось отдохнуть в столь приятном месте, прежде чем снова пуститься в долгий и трудный путь. Пожиратель Крови, невзирая на седину, похоже, вознамерился не оставить без внимания ни одну из доступных местных красоток, я же ограничился осмотром достопримечательностей и даже не вел торговых переговоров. Последнее, однако, объяснялось просто: самого ценного местного товара, здешней изумительной краски, у сапотеков тогда на продажу не было.