Читаем Атлантида полностью

— И не робей, Юсут не сильнее меня, а ты против меня хорошо держался!

После этих слов дружинник вышел из шатра и направился к распорядителю турнира, где его уже поджидал воин из стаи южных ирбисов — оруженосец Юсута.

Вотша тоже вышел из шатра, ему вдруг стало душно в закрытом легкой тканью пространстве. Он посмотрел на княжеский помост, на светлую фигурку княжны, сидевшую рядом с Всеславом, а затем перевел взгляд на небо. Солнце уже поднялось над замковой стеной и небесная голубизна размылась, стала бледнее, белесее. Облаков не было, но в воздухе чувствовалось какое-то напряжение, словно где-то рядом, сразу же за стеной замка, невидимый с ристалищного поля, громоздился грозовой фронт.

«Хорошо бы сегодня пошел дождь!» — неожиданно подумал Вотша и сам удивился — зачем это ему понадобился дождь. А следом за удивлением пришла улыбка и некое облегчение. Он вдруг понял, насколько был напряжен с самого момента неожиданной выходки своей госпожи.

— Поединок княжича Юсута из стаи южных ирбисов и изверга Вотши из стаи восточных волков, — разнесся над ристалищным полем голос Старого, — проводится тупым оружием и продлится до трех, полученных одним из противников и утвержденных распорядителем турнира, ударов или до разоружения одного из противников! Во всем остальном поединок должен соответствовать традиционным условиям турнирных поединков! Пусть победит сильнейший!

Голос Старого замолк, и Вотша неторопливым шагом двинулся к центру ристалищного поля.

Юсут уже поджидал его и, когда Вотша остановился напротив, хищно улыбнулся. Оруженосцы стояли в десяти шагах от поединщиков. Старый, проверив экипировку бойцов, отошел, как положено, на десять шагов и коротко взмахнул своим жезлом, давая знак к началу поединка.

— Ну все, вонючий извержонок! — прошипел сквозь прорезь в забрале шлема ирбис, — тебе конец!

И вместо того чтобы двинуться по кругу, выбирая момент для атаки, Юсут, взмахнув саблей, прыгнул вперед!

Вотша попытался увернуться, но сделал это очень неловко. Кончик сабли мазнул его по плечу, и неожиданно извержонок услышал тонкий, противный скрежет. Уже отскочив в сторону, он бросил быстрый взгляд на свое плечо и увидел, что войлок учебных лат взрезан, и в прорези просверкивают тонкие блестящие нити.

«Выходит, сабля у Юсута боевая!» — мелькнула в его голове растерянная мысль.

А над ристалищем разнесся громкий голос Старого:

— Изверг Вотша получил первый удар! Поединок продолжается!

В этом коротком возгласе Вотша неожиданно услышал некий укор своего старого наставника, и тут же с возбужденным придыханием прозвучал тихий голос ирбиса:

— Сегодня у меня двойная радость — я прикончу тебя и поцелую княжну! Ух, как я ее поцелую!!!

И ирбис снова прыгнул вперед, в броске нанося еще один сокрушительный удар!

Однако на этот раз Вотша был начеку. Чуть пригнувшись, он подставил под саблю противника свой щит, и клинок, лязгнув по полированному умбону, с визгом ушел в сторону, а сам Вотша спокойным, точным движением откачнулся вправо, пропуская мимо себя грузное тело Юсута. И только когда эпизод закончился, он вдруг с сожалением подумал: «Не уходить надо было, а колоть навстречу!»

Ирбис же, проскочив мимо своего, оказавшегося таким вертким, противника, мгновенно развернулся и бросился в новую атаку. На этот раз его сабля, описав петлю, пошла в грудь извержонка. Казалось, что никакой щит не остановит стремительное железо, никакая верткость не поможет избежать этого удара! Но Вотша вдруг присел на одно колено, выбросил над головой щит, и, когда звякнувшая о стальную полосу щита сабля была отброшена вверх, прямой клинок извержонка, сверкнув молнией, вонзился в открывшийся бок ирбиса.

Латы остановили затупленное острие, но удар был настолько силен, что Юсут зашипел, скрючился словно в судороге и отскочил от Вотши метра на три!

И тут же над ристалищем загремел голос Старого:

— Ирбис Юсут получил первый удар! Поединок продолжается!

То, что казавшийся такой беззащитной добычей изверг вдруг смог ответить ударом на удар, буквально потрясло Юсута. Он с изумлением смотрел сквозь прорезь забрала на приближавшегося к нему плавным крадущимся шагом юношу и пытался понять, каким образом его — опытного, как он считал, бойца смог достать какой-то вонючий изверг? На мгновение ярость унижения и оскорбленное высокомерие ослепили его, он взмахнул своей тяжелой саблей и, не думая о защите, ринулся вперед, горя только одним желанием — срубить ничтожному извергу его тупую голову, располосовать его тело заостренным концом своего оружия, выпустить из этого наглеца всю его вонючую кровь!

И его сабля нашла свою цель! Тупой, гулкий звук, с которым она врезалась в незащищенную вроде бы руку изверга, сладостной музыкой прозвучал в ушах ирбиса! Он издал торжествующий вопль… и в то же мгновение на его голову обрушился чудовищный удар тупого железа, мгновенно погасивший яркий утренний свет и бросивший его большое тело на жесткую, колючую землю!

Несколько секунд над ристалищным полем стояла совершенная, ничем не нарушаемая тишина, а затем в этой тишине прозвучало громкое: