Джиордино вынырнул, вскарабкался по трапу и тут же опустился на четвереньки, с натугой вытягивая в штольню пленника с меньшими габаритами.

– Со вторым мне в одиночку не справиться, – снимая шлем и отдуваясь, пожаловался итальянец. – Весит вдвое больше меня, паразит. Настоящий слон!

Через три минуты Иген приступил к предварительному допросу, но задержанные упорно молчали, ограничиваясь угрюмыми взглядами. Питт наклонился и резким движением сдернул с маленького резиновый водолазный капюшон.

– Да это же наш старый приятель, байкер! – картинно удивился Дирк. – Как шейка, не болит?

Связанный киллер вскинул голову и плюнул, едва не попав Питту в лицо Зубы псевдобайкера были оскалены, как у бешеного пса, глаза пылали ненавистью и лютой злобой.

– Ух ты, какие мы крутые! Еще один фанат Четвертой империи, угадал? Вот о ней и помечтаешь, пока будешь гнить в тюрьме.

Шериф опустил руку на плечо Питта:

– Боюсь, мне придется их отпустить. Питт непонимающе посмотрел на шерифа; в глазах его недобро сверкнул зеленый огонь.

– Черта с два!

– Я не имею права их арестовать, не располагая конкретными фактами нарушения закона, – беспомощно развел руками Иген.

– У меня найдется, в чем их обвинить! – неожиданно раздался холодный, уверенный голос Луиса Маркеса.

– В чем же?

– В нарушении границ частного владения, – принялся перечислять тот, загибая пальцы, – в проникновении на территорию чужой старательской заявки, в злонамеренном уничтожении чужого имущества... кстати, добавим сюда же заодно и его присвоение.

– И что же они украли? – озадаченно спросил Иген.

– Мою осветительную систему! – возмущенно воскликнул Маркес, указывая на провода, которыми были связаны водолазы. – Все это они сперли в моей шахте!

Повеселевший Питт дружески ткнул служителя закона локтем в бок:

– А еще, шериф, я присовокупил бы к списку покушение на убийство. Полагаю, будет правильным упрятать их за решетку – по крайней мере до тех пор, пока предварительное следствие не определит, кто они такие и с какими намерениями явились в Теллурид.

– Ну же, не ерепенься, Джим! – поддержал Питта Маркес. – Ты вполне можешь подержать их под замком хотя бы для того, чтобы допросить и выяснить личность.

– Не думаю, что эти типы окажутся слишком разговорчивыми.

– Полностью присоединяюсь, – заметил Джиордино, пытаясь привести в порядок свою буйную шевелюру маленькой карманной расческой. – Они совсем не похожи на мирных туристов.

– Вы же сами понимаете, мистер Иген, что происходящее здесь далеко выходит за пределы графства Сан-Мигель и вашей компетенции, – предупреждающе произнес Питт. снимая гидрокостюм и натягивая обычную одежду. – А подстраховаться никогда не вредно.

Иген задумался.

– Ладно, я отправлю рапорт в Бюро расследований штата Колорадо...

Шериф не успел договорить. Все разом повернули головы в сторону выхода из штольни. Оттуда, из-за поворота, выбежал человек, что-то крича и размахивая руками, как будто за ним гналась стая дьяволов. Через несколько секунд перед ними предстал один из помощников Игена. Он согнулся чуть ли не пополам, задыхаясь и ловя воздух открытым ртом. Видно было, что пробежка сюда от винного погреба ресторана далась бедняге нелегко.

– Что стряслось, Чарли? Да не тяни, выкладывай! – прикрикнул на него Иген.

– Тела... – Чарли все никак не мог перевести дыхание. – Тела в морге!

Шериф взял его за плечи и коротко встряхнул.

– Что там с телами?

– Их нет!

– Что значит нет?!

– Коронер уверяет, что они исчезли. Что кто-то выкрал их из морга.

В наступившей тишине Питт смерил Игена долгим, сочувственным взглядом и негромко сказал:

– На вашем месте, шериф, я бы отправил копии рапорта в ФБР и департамент юстиции. Потому что нам с вами даже приблизительно не представить истинные масштабы этого дела.

Часть вторая

По следам древних

9

27 марта 2001 года Залив Окума, Антарктида

Капитан Дэниел Гилспи стоял на просторном застекленном мостике «Полярной бури», рассматривая сквозь хроматические линзы бинокля нагромождения льда, теснящиеся вокруг корпуса восьмитысячетонного исследовательского ледокола. Длинный, тощий, легковозбудимый, капитан разглядывал ледяные поля, мысленно прокладывая курс для наиболее удобного и безопасного прохода. В море Росса осенний лед устанавливается рано. Кое-где он уже достиг толщины двух футов, а торосы местами возвышались и до трех.

Палуба содрогалась под ногами всякий раз, когда огромный закругленный форштевень наезжал и наваливался всей своей массой на поверхность, круша льдину на куски величиной с крышку концертного рояля. Ледяные глыбы натужно стонали, со скрипом сцарапывая краску с броневых плит корпуса. Проходя под килем, они попадали в мясорубку двенадцатифутовых винтовых лопастей ледокола и превращались в ледяное крошево, беспорядочно бултыхающееся в кильватерной струе за кормой. Этот процесс продолжался, пока судно не удалилось на несколько миль от берега, где лед был тоньше и толщина его нарастала медленнее.