Читаем Атлантический вал Гитлера полностью

В первой половине дня 19 июня все разгрузочные работы на английских участках высадки были прекращены, и танкодесантные баржи и малые суда вынуждены были укрыться у бортов «гузбери», которые монтировались у Арроманша. 12 танкодесантных кораблей, прибывших на участок «Джюно» в первой половине дня, были направлены под прикрытие «гузбери» в районе Курселя. Однако там не оказалось достаточно места для всех, и в течение следующих двух дней семь LST выбросило на берег, шесть из них при этом было разбито. Выход всех конвоев из Англии был закрыт. Шторм стал суровым испытанием для брекватеров «гузбери» и «феникс» в районе Арроманша. Многие блокшивы опрокинулись, и море в полную воду полностью скрывало их, но они спасли от гибели большое количество десантных судов. Там, где «гузбери» стояли вплотную друг к другу или с небольшим пространством между собой, с их подветренной стороны можно было даже производить разгрузку.

В американском секторе у побережья Сен-Лорана, как писал один командир английского десантного судна, пытавшегося там укрыться, «пространство внутри „Mалбери“ стало сценой ужасающего хаоса. Сотни десантных судов от небольших барж до танкодесантных кораблей выбрасывались на берег и разбивались друг о друга. Плавпирсы „Уэйл“ были уничтожены. „Бомбардоны“, порвав удерживающие их швартовы, как обезумевшие чудовища носились по якорной стоянке, тараня корабли, сталкиваясь друг с другом и разрушая бетонные кессоны „феникс“. Даже блокшивы были разбиты, и все море в районе Сен-Лорана было полно обломков».

Потери составили: пять больших танкодесантных кораблей, один пехотно-десантный корабль (LSJ (Н)), 13 больших пехотно-десантных барж (LCT), четыре десантных баржи ПВО и большое количество сторожевых катеров.

Искусственный порт «Малбери-Б» у Арроманша пострадал значительно меньше, так как его частично защищали скалы Кальвадоса и выступающие в море к северу от Гавра мысы. Кроме того, воды, где были затоплены кессоны «Феникс», были не столь глубоки, как у Сен-Лорана. Благодаря этому искусственный порт у Арроманша выстоял, потеряв четыре «феникса» и несколько «гузбери». Подъездные пути к плавпирсам получили только легкие повреждения, а сами пирсы остались практически неповрежденными.

Тем не менее повреждения кораблей и судов были тяжелыми. Один малый танкодесантный корабль перевернулся и затонул. Один большой танкодесантный корабль, три каботажных судна, траулер и небольшой танкер были выброшены на берег. Крейсер «Дайадем» столкнулся с самоходным паромом, а эсминец «Фури», подорвавшись во время шторма на мине, выбросился на берег. «Бомбардоны» так же, как и в американском секторе, порвав швартовы, либо тонули, либо носились по якорным стоянкам, увеличивая и без того большую опасность для находящихся там судов. К положительным результатам шторма можно отнести то, что благодаря ему сработало большое количество «донных» мин

17 июня в момент благоприятной погоды, непосредственно предшествующей этому шторму, из южных портов Англии были отбуксированы составные части подъездных пирсов «Уэйл», которые весили 22 тонны и были общей длиной в 2,5 мили. Они благополучно достигли района вторжения, но все погибли во время шторма.

Когда в ночь с 22 по 23 июня шторм стал постепенно утихать, командующие соединениями оказались перед перспективой полного срыва графика наращивания сил. Более 800 кораблей и судов всех типов были выброшены на берег. Большинство из них при этом либо были повреждены, либо прочно засели на грунте. Из-за этого совершенно не хватало разгрузочных барж и паромов. Более того, обследования повреждений искусственного порта «Малбери» у Сен-Лорана показали, что они настолько серьезны, что не имеет смысла заниматься ремонтом. Поэтому было решено все уцелевшие части «Малбери-А» передать в распоряжение «Малбери-В» у Арроманша для усиления последнего в предвиденье надвигающихся зимних штормов. Итак, четырехдневный шторм нанес союзникам больше повреждений, чем немцы за две недели.

По армейским оценкам, в результате шторма не были в нужное время доставлены войскам 20 тысяч машин и 140 тысяч тонн различных грузов. Независимо от того, насколько точны эти цифры, шторм безусловно оказал влияние на прибытие судов в район вторжения, которое было следующим: 19 июня — 239, 20 июня — 47, 21 июня — ноль, 22 июня — 81, 23 июня — 281. Самым серьезным последствием этого стала хроническая нехватка боеприпасов. Этот вопрос, вызывавший сильное беспокойство с первого дня высадки, стал настолько актуальным, что намеченное форсирование реки Одон было отложено.