Читаем Ателье [СИ] полностью

— Мне долго ждать? Сейчас будет мозговой штурм!

Настя появилась в дверях и, пользуясь тем, что Элла стоит к ней спиной, закатила глаза. Даша с отвращением пихнула от себя гору синих лоскутов и встала, потягиваясь. Подошла к большому столу. Элла уже склонилась над столешницей, нацелив карандаш на большой лист рисовальной бумаги. Опираясь на сиденье стула коленом, выпятила попу, обтянутую тигровыми лосинами. Острый каблук угрожающе торчал, и Настя обошла стул подальше.

— А тебе отдельное предложение? — Элла подняла голову, тряхнув антрацитовой челкой, и грозно посмотрела на Мишу, притулившегося в дальнем углу.

— Я вроде не девочка, — с достоинством ответил Миша, но бросил ножницы и подошел тоже.

Элла окинула полководческим взглядом свое маленькое войско, и карандаш вдохновенно залетал по бумаге.

— Так. Через неделю показ в клубе «Сити». И конкурс. Победителю поездка с двумя отшитыми вещами в Гонконг на большое дефиле. Вот я предлагаю…

— И кто поедет? — спросила Настя.

— Странный вопрос. Я поеду. Уже заказала семинар. Дают диплом всемирной школы дизайнерского искусства, — Элла поправила на груди воланы попугайной блузки и снова нацелила карандаш, — вот такое будет платье, в пол, узкое, а тут рюши, и — шнурки по спине. А еще…

— Ерунда всё, — безнадежно сказала Алена, — эти семинары специально делают, деньги вытягивать. И дипломы дают, что им бумаги жалко, что ли. Сто штук в год таких семинаров.

Элла выпрямилась, презрительно разглядывая Алену.

— Я, кажется, тебя не спрашивала. Когда надумаешь к своему техникуму еще едва высших получить, как я, тогда и выскажешься. А сейчас соблюдайте корпоративную этику. У нас мозговой штурм!

Слова о штурме она произносила с благоговейной гордостью и Даша снова поморщилась. Элла в своих ярких тряпках напоминала ей недокормленного попугая, ни слова не понимающего в собственной трескотне. За последние недели они наслушались вдосталь. Тренинги, психологическая база, корпоративная этика, мозговой штурм. Закончив громкие речи, Элла сразу утомлялась и звонила подругам. Те приезжали, паркуя под окнами блестящие цветные машины, и усаживались пить кофе и кушать пирожные. Болтовня за робустой так увлекала хозяйку, что очередное начинание тут же выветривалось из красивой головки. Подруги разъезжались, Элле становилось скучно и снова раздавалось требовательное «девочки!». Предыдущая идея приносилась в жертву новой, не менее заманчивой.

Пока Элла изображала творца, чиркая карандашом, Даша уныло покосилась на свой стол. Там громоздились горы недошитых вещей, та самая массовочка, при помощи которой Элла рассчитывала поиметь неслыханную прибыль. Но сердечные подруги-заказчицы, выпивая литры кофе, забывали о своих заказах так же быстро, как Элла о своих начинаниях. И платить не торопились.

«Нам — работа, а этим — сплошная игра». Даша вздохнула и изобразила на лице внимание.

— Ну, — горделиво сказала новоиспеченная Шанель, оглядывая свое творение, — какие будут еще идеи?

Народ молчал, поглядывая на свои столы. Ждал, когда отпустят поработать.

— Шнурки надо убрать, — не выдержала Даша, — трикотаж потянется, некрасиво.

Элла метнула в нее злой взгляд. В первый день ее царствования в ателье пришел Данила. За горшком. Увидев его, Элла расплылась в улыбке:

— Даньчик! Привет, дружок, какими судьбами?

И пошла навстречу, старательно покачивая бедрами. Данила посмотрел на мрачную Дашу в углу и, сбивая на затылок пыжиковую шапку, увернулся от дружеских объятий. Громко ответил:

— Я за вещами пришел. Дашиными. Она ко мне переезжает.

С тех пор Элла Дашу игнорировала, а если и обращалась к ней, то с видом снежной королевы, которой крепко наступили на подол, а заодно сшибли корону.

— Рюши не нужны, — подсказала Настя, разглядывая рисунок.

— Силуэт сделать не узкий, а трапецию, — поспешил внести свой вклад Миша.

— И длину лучше до колена, — пискнула Алена.

Элла положила карандаш и выпрямилась. Дернула на цветной груди большую перламутровую пуговицу.

— Поиздеваться вздумали? — оглядев всех пронзительным взглядом, сунула лист ближе к Насте, — готовь выкройку, будете отшивать. С рюшами и шнурками!

Соскочила со стула и, вихляя бедрами в тигровых полосках, отправилась к телефону. Настя понесла лист в раскроечную, держа на вытянутых руках, как испачканную тряпку.

— Софа! — послышался из холла рыдающий голос, — Софочка, приезжай, дорогая! А потом в солярий.

— Ненавижу пионэров, — сказала Даша, возвращаясь к горе недошитых бойскаутских юбочек. Выдернула одну и сунула край под лапку машины. Ну почему вместе с хорошим обязательно приходит такое, эдакое. Чтоб жизнь медом не казалась?.. Так назидательным тоном говорил ей брат Тимка, когда она жаловалась на судьбу. За это получал кинутой подушкой. Но в Эллу подушкой не кинешь.

Она сложила простроченную юбку и взяла пиликающий телефон. Звонила Галка.

— Даш, я из талашовского дома моды, сейчас буду. Выкройки новые везу. Как там?

— Да так, — Даша, прижимая к щеке телефон, выудила из кучи тряпья следующую юбочку.

— Эллочка наша людоедка, на конкурс собралась?

— Знаешь уже?