— Когда время найдешь, тогда и расскажу. Я тут на досуге пару историй из тетрадей вспомнил. И везде твой прадед упоминается.

— А мой не упоминается? — Василий Смагин перегнулся через плечо Атамана.

— А мой? — Алеша Иванов подошел незаметно. Он был еще бледен. На перевязи висела загипсованная рука.

— Алеха!

— Иванов!

— Тебя когда выпустили?

Он взглянул на часы на здоровой левой руке.

— Пару часов как.

— Ну, ты, молоток!

— Жаль на награждение опоздал.

— Ничего, ты еще на своих награждениях постоишь. И не просто постоишь, — Виктор Викторович ободряюще положил руку на здоровое плечо Иванова.

— Прими поздравления, Никита Егорович, — фальцетом прозвучал знакомый голос.

Жук сдержал желание ответить чем-то ехидным и без улыбки обернулся.

— Спасибо на добром слове.

Выставив вперед ладонь лодочкой и светясь дежурной улыбкой, к Атаману приближался глава администрации Парамонов. Сергей Сергеевич Парамонов был невысок, слегка в теле. Зачесанный назад черный с отливом чуб, пухлые комсомольские щечки, искрящиеся румянцем, и внимательный, словно постоянно оценивающий взгляд завершал его портрет.

— Что ж ты мне слово не дал? — он слегка прижал протянутую руку, — Я бы тоже поздравил. Официально, так сказать.

— А ты поздравь не официально, — Атаман чуть ли не выдернул ладонь из вялого и потного рукопожатия главы администрации.

Тот не заметил или сделал вид.

— Поздравляю от лица администрации и от себя лично, — Парамонов весь светился удовлетворением, — хотя, конечно, официально было бы более эффектно.

— По мне, главное, чтобы эффективно.

Оглянувшись на рассредоточившихся казаков, Парамонов ухватил Атамана под руку:

— Никита Егорович, тут такое дело.

— Слушаю тебя, Сергей Сергеевич, — Атаман будто нечаянно отнял руку.

— Кран нужен. Знаешь же, поди, что я дом строю. Ну, вот, надо кирпич на второй этаж поднять, — он снова оглянулся, — часа на два, не больше.

— Приходи завтра, часов в девять после планерки.

— Может, лучше позвонить?

— Можешь не дозвониться. Линия все время занята в это время. Сам понимаешь, начало рабочего дня.

— Ну, тогда я водителя пришлю. У меня завтра тоже дела важные. — Парамонов внимательно смотрел куда-то в сторону. — А ты пользуешься успехом. И власть к тебе, и пресса к тебе.

Атаман проследил взгляд главы администрации. К ним пробиралась худенькая, довольно симпатичная девушка. Большие глаза, с интересом оглядывавшиеся вокруг, старались не выпускать из вида и Атамана. Минимум косметики, короткая стрижка, блокнот и диктофон, зажатые в руке, сразу выдавали представителя прессы.

— А почему ты решил, что она ко мне?

— Сегодня ты герой дня. К кому же еще?

Он не ошибся. Приблизившись к Атаману, она сразу затараторила:

— Здравствуйте, Никита Егорович. Я корреспондент районной газеты «Заря Кубани» Дуня Сиверова. Можно задать Вам пару вопросов?

Атаман не успел ответить.

— Конечно, можно, о чем Вы спрашиваете? Страна должна знать своих героев, — Парамонов чуть-чуть оттеснил Жука в сторону, — казаки — это наша сила! За последние два месяца они столько успели сделать в станице, что милиция за десять лет бы не осилила.

Корреспондент мило склонила головку:

— Очень интересно. Сергей Сергеевич, я как раз хотела задать Никите Егоровичу пару вопросов, Вы не против?

— Конечно, конечно, — он уже хотел было отодвинуться, но тут сквозь толпу к Дуне пробрался небритый субъект в репортерском жилете с многочисленными карманами и фотоаппаратом на шее.

Девушка коротко указала ему на Атамана:

— Вы не будете возражать, если наш фотокорр сделает несколько снимков? Общее построение он уже отснял. А теперь надо крупные планы.

— Пожалуйста, — Жук улыбнулся, — у каждого своя работа.

— Вы что, прямо здесь в толпе будете фотографировать? — Парамонов изумленно оглянулся вокруг и достал расчёску, — нет, так не пойдет. Надо подходящий фон выбрать. Хотя бы на фоне администрации. Там солнце хорошо освещает. Теней на лице не будет. А что так? Вам же надо, чтобы хорошие фотографии были. А Вы, молодой человек, — Парамонов сменил тон на «в меру строгий», — должны знать, профессионал все-таки.

Девушка переглянулась с фотокорреспондентом. Тот вяло пожал плечом, а отвернувшись, хмыкнул:

— Ну, хорошо, как скажите. Вам виднее.

Втроем они пошагали к зданию администрации, стоящее по соседству с Домом культуры. Атаману ничего не оставалось, как последовать за ними.

Начальник штаба Осанов

Атаман Павловки Корнелий Петрович Заболотный вытянул шею и постучал карандашом по стакану:

— Казаки! Хорош галдеть! Начинаем.

В президиуме по правую руку от Заболотного поглядывал заинтересованно в зал заместитель Атамана сухой и верткий Афанасий, Жук не смог вспомнить его фамилию. Справа расположился крупный, лысеющий, с толстыми короткими пальцами и бычьей шеей Василий Яковлевич Тихомиров, известная в Крае личность. Пару раз приходилось с ним пересекаться по спонсорским делам и Никите Егоровичу. Бизнесмен никогда не отказывался помочь в организации детских соревнований в станице. У него было в собственности несколько фирм, и Василий Яковлевич на уровне района считался человеком обеспеченным.