— Какое чувство долга! Не сомневаюсь, что Элли сделает свой выбор среди молодых людей из числа пассажиров.

Элли смущенно расправила юбку.

— Несомненно.

— Пошли, Мэгги! Элдрет, идешь с нами?

Глава 17

Милосердие

Чаретвиль, «поселок Милосердия», образовался в течение недели. У него был свой мэр, мистер Дайглер, своя главная улица, Хендрикс-Авеню, даже первая свадьба, проведенная мэром в присутствии обитателей поселка. Первый же коттедж, построенный на Милосердии, предназначался для новобрачных — мистера Артура и Бекки Вебербауэр. Он представлял собой довольно-таки неуклюжий бревенчатый дом: среди пассажиров было несколько человек, видевших такие дома на картинках либо в жизни, но никто из них не имел строительного опыта.

В новом обществе витал дух надежды, всеобщего мужества и даже веселья. Люди по-прежнему спали и завтракали на корабле, затем забирали с собой обед и упорно трудились весь день, весь короткий день, который составлял всего двадцать один час по корабельному времени. Они возвращались обратно поздно вечером, ужинали, а у некоторых даже хватало энергии устроить танцы перед сном.

Милосердие полностью оправдывало свое название. Дни здесь были благоуханны, а ночи нежны и мягки. Ее звезде, которую они просто назвали «Солнце», составляло компанию бесчисленное множество комет. Одна, гигантская, с длинным широким хвостом, прочерчивала небо от зенита до западного горизонта, прячась за солнце. Другая, не такая огромная, как первая, но достаточно пугающая, чтобы вызвать мысль о конце света у обитателей зеленых холмов, приближалась с севера, а еще две разукрашивали южную часть неба кружевами ледяного огня.

До сих пор поселенцы не встретили ни одного опасного животного. Некоторые видели существ, похожих на кентавров, размером с шотландского пони, но те оказались очень пугливыми и при приближении к ним мгновенно скрывались. Основной формой жизни на планете оказались сумчатые млекопитающие различных форм и размеров. Птиц здесь не водилось, но существовала совершенно оригинальная разновидность летающих — медузоподобные создания футов пять в высоту со свободно свисающими усиками, живые воздушные шары. Оказалось, что с помощью мускулов они управляют своими воздушными пузырями, так, что поднимаются и опускаются по воздуху и даже могут держаться на месте при небольшом встречном ветре. При сильном ветре они цеплялись за вершины деревьев или свободно парили над поверхностью планеты.

Они, казалось, заинтересовались поселком и часто зависали прямо над ним, как будто разглядывая ее обитателей. Поселенцы хотели подстрелить несколько экземпляров и исследовать их, но мэр Дайглер запретил это.

На планете обитали еще несколько животных, или могли обитать. Поселенцы назвали их «невидимками», поскольку все, что они успели заметить, было нечто, стремительно скрывающееся за скалами или деревьями при малейшей попытке рассмотреть его. Колонисты чувствовали, что их новые соседи, от мифических невидимок и до вездесущих шаров, проявляли к ним глубокий, но отнюдь не враждебный интерес.

Мэгги Дайглер, теперь все звали ее просто Мэгги, сняла свои бриллианты, надела на себя рабочую одежду из складских помещений корабля и остригла волосы. Теперь у нее были короткие ногти с черной каемкой грязи. Но она помолодела на несколько лет и явно была счастлива.

Вообще говоря, счастливы были все, кроме Макса.

Элли избегала его. Он проклинал себя трижды в день и четыре раза за ночь. Несомненно, Дайглер выступил не вовремя, какой черт тянул его за язык? Конечно, он никогда не рассчитывал жениться на Элли, но, черт возьми, может, они застряли здесь навсегда. Вероятно, а не может, поправил он себя.

Астрогатор должен быть холостяком, но фермеру нужна жена. Это просто здорово, когда она тушит овощи и жарит цыпленка на кухне, а ее муж в это время работает в поле. Он сам прекрасно знает это — Моу довольно часто оставляла его голодным. Но Элли не похожа на Моу, она сильна и практична, немного тренировки — и все будет прекрасно. Кроме того, она была самой красивой девушкой, которую он встречал в жизни.

Когда мистер и миссис Дюмон по специальному разрешению присоединились к колонистам, Макс решил действовать. Поскольку из-за отсутствия пассажиров работы для стюардов на корабле не осталось, серьезных возражений для их отставки не было, и это послужило толчком для Макса.

Он направился к первому офицеру.

— Ученик астрогатора, сэр, — доложил он.

— Думаю, на твоем месте я бы сказал «помощник астрогатора». Ближе к делу, входи.

— Я хочу вернуться к моим прежним обязанностям, сэр.

— Неужели тебе больше нравится быть картографом, чем астрогатором? Да и какая теперь между ними разница?

— Нет, сэр, я хочу вновь стать помощником стюарда третьего класса.

Уолтер был изумлен.

— За этим что-то кроется. Объясни, пожалуйста.

Запинаясь, Макс рассказал о своих неурядицах с Саймсом. Он пытался быть честным, но к концу рассказа почувствовал, что объяснение звучит просто по-детски.

— Ты уверен в этом? — спросил Уолтер. — Саймс ничего не говорил мне.