Читаем Астральщик. Том 1 полностью

– Просто ты вносишь в Суть Мира толику хаоса, что не позволяет увидеть твое будущее и прошлое, так как ты не оставляешь там свой след. Это и хорошо, и плохо. Хорошо – ты мало предсказуем и линии будущего тех, кто рядом с тобой, становятся зыбкими и недостоверными, так как Суть Мира не может просчитать твое влияние на этих людей. А плохо – если ты что-то можешь и значишь в этом мире, но Суть тебя не видит, то любое будущее становится малодостоверным.

– О как! – задумчиво выдал я. – То есть совсем-совсем?

– Ну… – протянул Лулио. – Все же по косвенным данным, людям, событиям, окружающим такого баламута, как ты, Суть Мира что-то и может построить, но, насколько точно, тут уж я не могу сказать.

– Понятно, что все, что может быть, случится, а может и не случиться. Опять эта проклятая неопределенность! Но неужели с технической точки зрения все так просто с ви́дением? – пробормотал я. – То есть любой, кто может видеть, соответственно, может быть в курсе всего на свете?

Чародей погладил свою бороду:

– На самом деле все не так. Видящие делятся на неофициальные ранги, коих десять штук. – Я кивнул при слове «неофициальные», вспомнив, что Карина делила видящих всего по трем градациям. – Разница между рангами несколько размыта, так как не найдется двух чародеев, одинаково видящих. У кого-то лучше получается, у кого-то хуже. Если чародей хочет получить ранг, то собирается специальная комиссия из видящих, которая по многим параметрам, о которых я не буду говорить, высчитывает текущий ранг соискателя. Сам ранг в общем-то ни на что не влияет и имеет некоторое значение только в том случае, если чародей находится на государственной службе, да и то если работает в области, связанной с предвидением и анализом.

– То есть могут существовать неизвестные сильные видящие?

– Это возможно, – кивнул Лулио. – Но вряд ли их очень много. Не знаю, поймешь ли ты… Чтобы стать сильным видящим, надо обладать крепкой психикой. Ведь будущего нет. Есть его варианты. И их слишком много. Через какое-то время у каждого видящего, пытающегося анализировать настоящее и будущее, наступает пресыщение информацией. Все становится зыбким, непонятно, где реальность, а где возможная вероятность. Происходит внутреннее отторжение этих способностей, когда видящий начинает использовать их через силу, по необходимости. Что, в свою очередь, ведет к ухудшению способностей.

– Понятненько… – протянул я обескураженно.

Мне кажется, тут играет роль непривычность местных людей к восприятию и обработке больших массивов информации. В этом плане становится понятно беспокойство Лулио, когда я начал тренироваться в этом деле. Действительно можно двинуться головой. Вот только мне вряд ли грозит подобное. Все же и тренинг у меня был довольно мощный в моем мире, да и проапгрейденные мозги должны иметь большую устойчивость.

– У меня высший – десятый ранг, – с толикой гордости сказал Лулио. – Но даже я не всемогущ. Я знал лишь одного видящего такого ранга – основателя Общества оракулов, но он уже умер. Конечно, сильные видящие существуют. Да хоть бы даже другие оракулы: как ты понимаешь, никто не заставляет официально получать ранги, а соответственно, и заявлять о себе. Но получить высший уровень слишком сложно. Мне просто сомнительно, что кто-то будет специально пытаться достигнуть таких высот без необходимости. А необходимость существует в основном в рамках государственной службы, где такого чародея не пропустят мимо глаз. Вот и получается, что, вероятнее всего, я – чуть ли не единственный видящий высшего ранга. – Лулио иронично улыбнулся, явно забавляясь ситуацией, сложившейся вокруг видения и конкретно него.

Что характерно, Лулио явно не возгордился, обретя такие возможности. Скорее относился к этому как к данности, с легкой насмешкой. Мне это понравилось.

– А что насчет прошлого? Тут вроде бы должно быть все проще, ведь прошлое только одно.