Читаем Ассенизаторы полностью

Около одиннадцати часов почудилось, что в районе объекта наблюдения началось какое-то шевеление. Но абсолютной уверенности в этом не было. Незаметно обменявшись условными знаками, продолжили ждать. В какой-то момент показалось, что в траве заметил чье-то лицо, но, как ни странно, с бородой темно-рыжего, почти каштанового цвета. Силуэт мелькнул и пропал… Не понял! Ошибся, что ли? Это что? Получается, что Гному с Пулей коньяк буду должен, следопыт долбаный? Не жалко, но «обидно, понимаешь»! Не мог же я так лажануться! Может, бородач страхующий?

Мысли прервал выстрел. По звуку ошибиться было невозможно. Так бьет только СВД. Коротко глянул, лишь на мгновение оторвавшись от оптики, в сторону Гнома. Тот сосредоточенно, ни на что не отвлекаясь, продолжал прижимать к лицу наглазник прицела. Снова припал к своему. Опять мелькнуло то же самое лицо, но совершенно не там, где находилась вычисленная нами позиция стрелка… На снайпера он не похож, да и не баба ни разу… Точно! Двое их!

Второго выстрела так и не последовало. Весь день прошел в напряженном ожидании. Глаза уже начинали слезиться, и, похоже, не только у меня. Периодически видел, как Гном на короткие мгновения отрывался от прицела и старательно моргал, то же самое делал и Пуля. Пролежав на позициях до темноты, ни с чем вернулись на блокпост. Собрались в комнате Виктора обсудить печальную ситуацию.

— Что скажешь, Серега? Почему не стрелял?

— Не был уверен, Жора. Практически не видел цель. Так только… Неясные шевеления в траве. Ждал, когда второй раз пальнет, да на отход двинется.

— А ты, Димон? — повернулся я к Пуле.

— Аналогично…

— Я только не понял, глюк это, что ли? Кто-то видел бородача? У меня в оптике пару раз мелькала «духовская» морда… — поделился я своими сомнениями.

— Я тоже видел, думал, что показалось, — сразу же отозвался Димка.

— Тоже заметил. Только ни фига это не снайпер. Совсем в другом месте появлялся…

— Тогда что получается? Снайперская пара? Выходит, это не «чехи», больше напрашиваются наемники. Нохчи парой не работали… — сделал я выводы.

— Или охрана. Если действительно с бабой дело имеем, то охранник напрашивается сам собой, — ответил Пуля.

— Короче, ни хрена я из ваших разговоров не понял. Врубился только, что нам тут до скончания века по щелям ныкаться придется… Жрать будете? — это уже Виктор поставил точку в нашем разговоре. Действительно, обидно присутствовать, а на тебя и внимания не обращают.

— Не дрейфь, Витек, разберемся. Не оставим. Самих заело. А насчет почавкать, давай что-нибудь, с утра голодняком, — примирительно произнес Гном.

— Сейчас принесут. Водку будете?

— Не-е, Витек! Только после дела. На работе не пьем…

— Кстати, — внезапно вспомнил я, что придется через блокпосты проезжать с оружием, — ты как с местной милицией живешь?

— Да нормально. Тут по-другому не получится. Или обособленно жить, но это не жизнь будет, или дружить. Когда им патронов подкинешь, когда еще что. А они нам с дровишками помогают, напрягают на это дело кого-нибудь из местных. Баню-то топить приходится, а за топливом ходить некому и некогда. Блокпост не оставишь, и одних солдат не пошлешь. Сами-то мыться будете?

— Завтра. Сегодня обойдемся. А по поводу милиции — нам командировочные отметить надо, самим некогда.

— Давай сюда, завтра сделаем, пошлю кого-нибудь из бойцов.

— Только печати обязательно гербовые должны быть.

— Проинструктирую.

И тут меня снова осенило. Почему выстрел был только один? А не мог ли снайпер или кто-то из страховавших его засечь нас? Тогда становится понятным их поведение. Но и наглости в этом случае хватает. По нам стрелять не решился, опасаясь ответки, а по солдатикам влупил. Своеобразный вызов: вот он я, но попробуйте с этим что-то сделать! Но эту версию можно проверить прямо сейчас, как говорится, не отходя от кассы.

— Витя! Кто из твоих бойцов сегодня на постах стоял? Можно их сюда?

— Сейчас организую. А что?

— Мысль одна появилась. Если подтвердится, то от нее плясать придется…

Пока накрывали на стол, Виктор привел солдат, днем находившихся непосредственно у амбразур. Те сгрудились у стены возле входа, явно не понимая, что от них требуется.

— Так, воины. Насколько мне известно, наблюдение сегодня за окружающей местностью осуществляли вы, — начал я, как всегда из-за угла. — Кто из вас может сказать хоть что-то, связанное со снайпером, который заколебал уже всех?

Те сначала смущенно переглядывались, но затем, видя мой требовательный взгляд, один из них, как я понял, назначенный своими сослуживцами «дежурной задницей», робко начал:

— Товарищ капитан…

— Во-первых, уже майор, но это неважно, а во-вторых, боец, представляться кто будет?

— Рядовой Иващенко, товарищ майор! — уже бодрее поправился тот. — Ничего подозрительного за время службы никто не заметил. Откуда стреляли, тоже не видели.

— Я не об этом, боец. Когда был выстрел, куда попали?

— Кружку, забытую на бетонных блоках, сбило, — мы с товарищами переглянулись, — никто не пострадал.

— А хоть кто-то за полем сегодня наблюдал? Кто в курсе, в каком месте находились мы?