Читаем Аскольдова тризна полностью

Все разом переглянулись. Называть при младшем князе имя старшего — это уж слишком... Но Селян как ни в чём не бывало сел на скамью и невинным взором обвёл присутствующих, задержав его на Вышате. Только воевода поспешил скосить глаза в угол: обменяйся с кормчим понимающим взглядом, и беды не оберёшься... Без головного кормчего Диру не обойтись, а без одного воеводы... Вон их сколько! Замена всегда найдётся.

Заспорили. Можно и береговой заслон сделать, да коней нет, а пешие против конных (печенеги все верховые) — невелик успех; следовательно, надо сделать, особенно над гребцами, навес из щитов и проскочить опасное место.

   — Если ветер случится, тогда под парусом мочно... — подал голос кто-то из молодых боилов.

   — Мочно, мочно... — передразнил его Светозар. — Из твоего паруса стрелами вмиг решето сотворят или подожгут горящими наконечниками.

   — Не забывай, воевода, — снова поднялся со скамьи кормчий, — вражинам, чтобы пожар на лодье устроить, не придётся даже из луков горящие стрелы выпускать, достаточно будет бросить с высоты факел.

   — Тогда нужно лодьи укрыть воловьими кожами, кои взяли мы для защиты от греческого огня, — предложил многоопытный Вышата.

   — Правильно, правильно! — поддержали его.

   — Хорошо, — согласился Дир. — Селян, сколько мы, укрывшись кожами, будем идти по Днепру?

— Да с полпоприща, княже. Потом Днепр, будто в скалах себе путь пробив, вытекает из ущелья и широко разливается — берега аж еле видны, и перед взором сразу открывается остров Дикий... Мы и причалим к нему.

   — Надо нам там останавливаться? — снова захотел уточнить Дир.

   — Надо! — твёрдо ответил совет.

...Укрытые мокрыми воловьими кожами, лодьи киевлян благополучно миновали проклятый узкий проход и вырвались на простор. Печенеги, погарцевав по берегам Днепра и увидев бесполезность атаки, ругаясь, ускакали ни с чем.

С незапамятных времён существовала легенда, что в этом месте Днепр, натолкнувшись в своём течении на высокую гору, великим усилием пробил её и нашёл себе выход.

Нуждающихся в починке лодей оказалось больше, чем предполагалось: у некоторых сломались щеглы, мачты, у нескольких в днищах образовались вмятины, чудом не пропустившие на плаву воду, и, когда вынули щепки, открылись отверстия. Эти поломки в основном случились при падении лодей с катков, а одну даже пришлось оставить у подножия крутого холма, когда она, нечаянно скатившись, изломалась так, что уже не подлежала восстановлению.

Пришлось устранять и всяческие мелкие поломки на разных судах, а времени на это дано было князем очень мало. Пришлось чинить от зари до зари, не разгибая спины. Поэтому в помощь корабельщикам Дир по просьбе Вышаты выделил почти три десятка дружинников, среди которых находились и отроки — ровесники Марко.

Любопытные молодцы, несмотря на загруженность, всё же ухитрялись улучать моменты, чтобы обследовать Дикий.

Когда взрослые отдыхали после обеда, отроки шныряли по всему острову, не боясь полудниц, кои превращались, по поверью, в чёрных старух, нападали на тех, кто бодрствовал и, следовательно, не уважал бога сна, и могли своими клюками забить наиболее строптивого насмерть.

Но отроки всегда имели при себе оружие — острые ножи, луки со стрелами, шестопёры, боевые топорики. Попробуй тронь!.. На острове росли дубы, груши, яблони, жёлтые акации, осокори, вязы, ясени. Отроки вдруг попадали и в заросли тёрна, боярышника, шиповника и малинника.

Мальчишки есть мальчишки — объедались лесными ягодами так, что потом пучило животы, и приносили ягоды, доверху насыпанные в шлемы, на островной вымол, где чинили лодьи. Поэтому взрослые на полуденные гулянья отроков смотрели снисходительно, лишь верховный жрец Радовил укорял их за нарушение обычаев предков и пугал злыми духами. Но всё можно претерпеть ради удовольствия побывать, к примеру, у каменной черепахи, на панцире которой ещё древним человеком были выбиты какие-то знаки. А рядом с черепахой находилась пещера, будто выдолбленная в скале и похожая на жилище, и на стенах её были нацарапаны такие же знаки. Марко, глядя на них, произнёс:

   — Вот бы разгадать эти знаки! Может статься, мы бы узнали, как жили здесь самые древние люди.

   — А чего там?! Также ходили на лодьях по Днепру, стреляли из луков, — предположил чудаковатый верзила Олесь, славившийся силой даже среди взрослых дружинников.

   — Обжирались малиной, как ты... — вставил хитрый, небольшого роста, но ухватистый Милад.

   — Я обжираюсь, а ты мимо рта проносишь! — обиделся Олесь.

   — Думаю, други мои, тогда ещё и лодей не было, и луков со стрелами тоже... Камнями добывали себе еду — вон их сколько в углу пещеры насыпано, — сказал Марко и как бы примирил Олеся с Миладом.

Нашли отроки в скалах и «миску» с ровными покатыми краями, по форме такую же, в которой за обедом женщины подают похлёбку; только в «миске», созданной самой природой, находилась вода и вместо жира плавала зелёная застойная ряска.