Читаем Аскет. Рай полностью

Чёрт, ничего не понял. Нет ни стихии, ни обозначения, кто передо мной – реус или тварь, научившаяся говорить. Даже нет обозначения «невинный», если верить существу на слово. Только имя и стадия развития.

– Хорошо, показывай короткую дорогу, – наконец принял я решение. И не пожалел.

Степан смог отыскать тропу среди густой чащобы и бурелома, по которой мы и двинулись. К этому времени на землю опустились сумерки, быстро сменившиеся ночью. Даже со своим зрением я вряд ли бы смог нормально передвигаться в ночном густом лесу. А вот мой новый знакомый словно шёл по хорошо известной, тысячу раз хоженой дороге. Тропа периодически обрывалась, но мой лохматый спутник всегда безошибочно находил её вновь и продолжал движение. Час движения по лесной тропинке, и вот мы уже идём по извилистому ущелью, углубляясь всё дальше в горы.

– Слушай, как ты так быстро находишь дорогу? – не вытерпев, поинтересовался я.

– Пассивная способность внекатегорийной божественной сферы. Я не нахожу её, а чувствую. Или прокладываю, не могу сказать точно. А ещё я знаю, что на тропе нам не попадутся твари и ангелы.

– Расскажи, как ты сохранил разум? С твоим физическим состоянием тебя, наверное, часто убивают?

– За последние восемь месяцев меня не убили ни разу. А физическое состояние – так это меня ангелы пытали. Чудом сумел сбежать.

– То есть такой вид у тебя потому, что ты долго не умирал и скрывался? И смог при этом сохранить ясность ума. Да кто ты такой, чёрт возьми?

– О, я много путешествовал до того, как попасть сюда, привык выживать в разных условиях. А разум сохранил лишь благодаря своему личному пространству. У меня там чудесная мастерская и много заготовок. Видишь ли, большой, я неплохо режу по дереву, вот и работаю всё время, которое могу находиться в личной зоне отдыха.

К реке, разделяющей два мира, мы вышли за полночь. Издали она выглядела так, словно кто-то выкопал длинную глубокую траншею, установил в неё сотни мощных прожекторов и включил их, направив свет в небо.

– Всё, большой. Дальше ты идёшь один, я не могу пересечь эту границу миров.

– Недостаточно Чистоты души? – спросил я.

– Нет, большой. Если я перейду в мир Порядка, он вспомнит обо мне.

– Кто он? – Я почувствовал, что могу сейчас узнать что-то важное. – Степан, ответь честно. От этого будет зависеть, продолжится ли наше сотрудничество, или мы видимся в последний раз.

– Когда-то давно я был одним из двух претендентов на должность Создателя. Да, я был серафимом, единственным, кто отступил, но не предал своего господина. Когда мой Создатель потерял право на мир Света, новый господин призвал всех серафимов и потребовал от нас открыть охоту на падшего. Я отказался и был изгнан. Новый Создатель лишил меня большинства умений и заблокировал две внекатегорийные божественные сферы. Я должен был сойти с ума в череде перерождений, но этого не случилось. В моей личной зоне отдыха, в божественном конструкторе имелись две свободных сферы эпического класса, которые позволили мне обрести третью божественную сферу. Лишь благодаря ей и своим знаниям я сохранил разум. Что ж, теперь ты знаешь обо мне гораздо больше, чем я о тебе.

– Подожди, ты сказал, что был претендентом? Как так?

– Всё очень просто. Чтобы стать претендентом, необязательно лично убивать действующего хозяина стихии. Достаточно стать причиной смерти. Первый Создатель был дальновидным и предусмотрел возможность потерять своё положение. Поэтому он взял с меня слово, что я выполню одну его просьбу, если он перестанет быть Создателем. Я сдержал слово и неожиданно для себя, уже находясь в изгнании, стал одним из претендентов. К счастью, я давно потерял этот статус, иначе мне бы не было покоя ни в одном из миров.

– Дождёмся рассвета, и тогда я отвечу на твою просьбу, – произнёс я, уже приняв решение. – А пока приглашаю тебя к столу.

Я сидел на крыльце избушки и наблюдал, как медленно, с достоинством насыщается Степан. Человек, в измученном теле которого едва держалась жизнь, лишённый одной руки, он осторожно отламывал от головки сыра маленькие кусочки и отправлял их в рот. Затем делал из кружки небольшие глотки морса. Чёрт, да этот человек в десятки раз больше подходит для класса Аскет, чем я.

– Степан, а какой у тебя игровой класс?

– Праведник. Одним из моих основных классовых умений являлось распознавание правды.

– Что ж, праведник Степан, я отлучусь на несколько минут, в личную зону отдыха. Надеюсь, ты дождёшься меня.

Зелье лечения легендарного уровня – дорогое удовольствие. Но мне не было жалко потраченных активаторов. К зелью присоединилась простая аптечка, заполненная набором с редкими фиалами, улучшенные вещи, обувь, простой нож и заплечная сумка.