Читаем Аромат рябины полностью

— Что за язык! Что за язык, — начала Ангелина Васильевна.

Но в этот момент, к облегчению Вики, во дворе загудела машина.

— А! — воскликнула Ангелина Васильевна, вскакивая. — Отец уже приехал! Живо, спускаемся вниз!

Она забегала по квартире.

— Господи, мама! — сказала Вика, не шелохнувшись. — Успокойся! Не на поезд же мы опаздываем.

— Действительно, чего это я? — недоуменно спросила Ангелина Васильевна.

Она схватила сумку и потащила ее волоком в коридор. Вика смотрела на мать, но по-прежнему не двигалась с места. Ей до того не хотелось ехать, что она чуть не расплакалась.

В этот момент в квартиру вошел отец.

— Геля! — возмущенно начал он, беря сумку из рук жены. — Зачем ты такие тяжести поднимаешь! Что, меня подождать не могла?

Когда они сели в машину, Вика, как всегда, устроилась на переднем сиденье. Отец внимательно глянул в ее расстроенное лицо, весело подмигнул и завел мотор.

Минут через сорок они въезжали в ворота пансионата. Ангелина Васильевна к этому времени полностью успокоилась, а Вика пребывала все в том же дурном настроении и даже не смотрела по сторонам, хотя была здесь впервые. Директор пансионата лично встречал их. Главный инженер и главный бухгалтер завода были важными людьми, и им было оказано должное внимание.

— Приветствую вас, Ангелина Васильевна, — умильно сказал директор, чуть ли не кланяясь. — И вас, Алексей Георгиевич.

— И мы вас, Таир Ахатович, — с улыбкой ответил отец и пожал руку директору.

«Как, как?» — удивилась Вика и с трудом удержалась от смеха. Она вылезла из машины и потянулась. Потом внимательно посмотрела на директора. Он был маленьким, смуглым, черноволосым и черноусым мужчиной восточной национальности. Вика тут же про себя прозвала его Рахат Лукумович.

— А это что за прелестная принцесса? — спросил Таир Ахатович и широко заулыбался, показывая почти все зубы, половина из которых были золотыми.

Вика завороженно посмотрела ему в сияющий рот и не смогла сдержать улыбку.

— Это наша дочь Виктория, — официальным тоном сказала Ангелина Васильевна.

— Очень приятно, — нежно произнес он, склонив голову и в восхищении прикрыв глаза.

Вике отчего-то от всех этих церемоний стало неуютно в своих вытертых джинсовых шортах и коротком топе.

«Нет, — недовольно подумала она, пытаясь преодолеть ненужное смущение, — я тут с ними со всеми с ума сойду».

— Идемте, гости дорогие, — наконец, сказал директор, — я отведу вас в ваши апартаменты.

Он шустро подхватил сумку Вики и засеменил по асфальтированной дорожке к видневшемуся невдалеке светло-зеленому одноэтажному зданию. Все двинулись за ним.

— Сколько вы у нас тут не были? — тараторил он на ходу.

— Да уж лет пять. Или около того. Да, Алексей? — сказала Ангелина Васильевна.

— Да, дорогая. А у вас тут многое изменилось, Таир, — проговорил Алексей Георгиевич, оглядываясь по сторонам.

— Да, стараемся не отставать. Половину корпусов уже перестроили и отделали. Есть у нас и сауна, и бильярд, и конюшня. Так что, юная принцесса, можете на лошадях покататься.

— Здорово, — вяло откликнулась Вика, продолжая отчего-то испытывать сильное смущение.

Директор привел их в корпус, лично открыл двери номера и завел внутрь.

— Вот как у нас теперь! — гордо произнес он и окинул всех торжествующим взглядом.

Вика чуть не рассмеялась, так он напомнил ей фокусника, который только что на глазах у изумленной публики совершил чудо.

— Располагайтесь, гости дорогие, — продолжил после паузы Таир Ахатович, явно наслаждаясь произведенным эффектом. — Обед ровно в четырнадцать ноль-ноль.

Он, пятясь и чуть ли не кланяясь, вышел из номера. Дверь за ним бесшумно закрылась.

— Нет, Лешка, ты только посмотри, как они тут все отделали! — изумленно воскликнула Ангелина Васильевна, опускаясь в мягкое глубокое кресло с флоковой обивкой. — Просто пятизвездочный отель! И это из нашего бывшего задрипанного пионерского лагеря.

— Дороговато только все это, Геля, — проговорил Алексей Георгиевич, окидывая взглядом номер. — Но сейчас я понимаю, почему.

Вика тоже подняла глаза и посмотрела на дорогие импортные обои, шелковые золотистые шторы, бежевый ковер на полу и большой мягкий диван. Она села на него и вытянула ноги на сумку, наблюдая, как отец ходит по номеру.

— Так, Гелька, гостиная, спальня, ванная, холодильник, телевизор… — перечислял Алексей Георгиевич. — Что вам, девочки, еще нужно для счастья? А за окном лесной воздух! Успели почувствовать его аромат?

Он сгреб жену в охапку и закружил ее по комнате.

— Леш, перестань! Надо еще успеть вещи разобрать до обеда.

Ангелина Васильевна встала и сердито одернула юбку и пиджак.

«Зануда», — подумала Вика и подошла к окну, которое было распахнуто прямо в лес, пронизанный солнцем.

— Ладно, девочки мои любимые, устраивайтесь, отдыхайте. А мне, увы, пора обратно.

Он чмокнул Вику в нос, а жену в щеку.

— Если что понадобится, звоните, подвезу мигом, — с улыбкой проговорил он, останавливаясь в дверях.

— Хорошо, Леша, счастливой дороги. Квартиру держи в порядке. Как приедешь, сразу позвони, — немного сухо сказала Ангелина Васильевна.

— Так я ж сразу на завод, Гелечка. Вечером позвоню.