Читаем Армия Солнца полностью

Жутких персонажей детских сказок и отрицательных героев легенд взрослых, демонических образов религиозных псалмов и злобных насильников фольклорных баллад… В общем, у стертых бедолаг было на чем сохранять хотя бы подобие цивилизации. Без объединительной идеи любое общество обречено на вырождение… Старая как мир истина: миром правят идеи. Какого толка идея – национального, расового, классового, религиозного, экономического, – не важно. Главное – цель, а средства как-нибудь да приложатся. Без четкой цели в умах образуется пустота, которую давление внешней среды сплющивает в ничто. Вселенная неустанно стремится вернуть всяческие отклонения, жаждущие БЫТЬ – материю, жизнь, разум, – к нормальному состоянию. НЕБЫТИЮ.

– …вот оластеры и мстят теперь земам. Похлеще далжи-ан, которых угораздило быть копиями черных имперцев, и похлеще тех, кто на имперцев вовсе не похож, но чьи прародины Армия Солнца превратила в одно воспоминание! И это – еще что… Кому на самом деле повезло меньше всех, так это лунифам, – закончил рассказ командир манипулы. – Тех вообще не осталось, полностью выродились, заземлились. И родина их сгорела во вспышке сверхновой. Правда, насколько я помню, эти ребятки, абсолютные внутренние и внешние дубли желтых земов физиологически, еще и психологически были их полной, без всяких изъянов, копией. Будто земных монголоидов кто-то когда-то взял да и переселил на Лун Фа, задолго до того, как земляне вышли в космос самостоятельно. Или, наоборот, будто это древнейшие лунифы когда-то открыли Землю и заселили ее, позднее частично мутировав в европеоидов и негроидов… Так что, по моему мнению, туда им и дорога, обратно в задницу земам. Точнее, в передни…

– Сэр, а кто такие лунифы? – спросил канкерер; ефрейтор настолько отвлекся и заинтересовался, что даже перестал походить на вареного рака.

Но в этот момент в колышущемся смрадном мареве, прямо над белковым месивом, возникла проекция странновато выглядящего существа, которое даже среди неисчислимо разнообразных жизненных форм Иных выделялось своей навороченной причудливостью. Казалось, природа попыталась .соединить в одном теле совершенно разнородные элементы, и получилось такое… такое… Попробуй словами описать помесь крокодила с улиткой с мокрицей с кошкой с жабой и с акулой!.. У канкерера, впрочем, ни малейшего отвращения оно не вызывало. Уродливее земов никого на свете нет.

А еще у ЭТОГО, кроме косого оранжевого креста на черном шлеме, были знаки различия высшего офицера и легионная эмблема в виде правозакрученной спирали, нанизанной на шипастый стебелек секун-травы, растущей в пещерах одного-единственного мира.

С командиром оранжевых «панцирников» Легиона «Накчез» связался комкогорты, генерал-сержант Зибуа Шангай Цу Яр. Самый что ни на есть накчез. Представитель культуры, в свое время не менее многочисленной и вездесущей, чем культура эрсеров, но – абсолютно на нее не похожей. Настоящей конкурентки блистательной ЭрсСтеллы. Едва ли не тысячелетие длилось некогда завоевание земами разведанного космоса накчезов; и это еще неизвестно, кому бы быть правящей расой звездной империи, подымись из своих пещер «отпрыски» Чезэлуома III к звездам раньше «детишек» Солнца III, за считанные тысячелетия выползших оттуда же… То-то и нынче – с потомками уроженцев планеты Накч возникало достаточно серьезных проблем. Поэтому после «ЗероАй» и «ЭрсСтеллы» именно «Накчез» был самым, пожалуй, загруженным работой подразделением Патруля.

– Лейтенант, кончайте вычитывать лекцию и немедленно возвращайтесь на борт линкора. Расширенное оперативное совещание офицерского персонала нашей когорты уже началось… Ефрейтор, оставайтесь на месте, что бы ни случилось. Никого к трупу не подпускать без моего личного приказания.

Шиареец, даже не ответив, уже скользил к своему анг-джипу стремительной серой тенью. Канкерер, обреченный на продолжение тошнотворной муки, молча козырнул клешней; как только проекция главного «накчеза» здешней галактики свернулась, позволил себе тяжкий вздох и вновь сделался похож на вареного рака.

А вокруг расстилалось бескрайнее бугристое одеяло свалки. Остервенелый солнечный расстрел превратил многометровой толщины слой отходов метаболизма цивилизации в спекшийся монолит, сверху прикрытый дерьмом свежим, и пологом смрада. Но все же самой ужасной деталью в этой пикт ной местности была не перспектива, а ближайший «натюрморт»… Конвульсивно задрав членистый хвост, Гаккер вывернулся в пятый раз, уже не бегая за соседнюю кучу, и в полном изнеможении распластался на относительно ровном островке.