Читаем Армагеддон полностью

В моем княжестве обосновалась огромная армия, которая бездельничала. По своему прошлому опыту я знал, что бойцу долго бездельничать нельзя. Он начинает создавать проблемы для себя и своего отца-командира. Молодость, темперамент и безрассудство, а также лидер-негодник всегда найдут, чем осложнить жизнь командному составу. Поэтому я решил последовать совету Шизы и отправиться в лагерь дзирдов.

Природа наградила империю идеальным климатом. Снежные горы не пропускали с запада холодные ветра, и они обильно выпадали осадками в Вангоре. А летом, наоборот, теплые сезонные ветра несли влажный теплый воздух с востока и орошали плодородные земли империи.

Княжество Чахдо было жемчужиной Лигирийской империи, оазисом богатства и благополучия. С запада его укрывали Снежные горы, Малый хребет, откуда стекало множество рек. С востока – небольшие Старые горы. Юг вклинивался в треугольник, где сходились все государства на этом континенте: Степь, Лес, империя и Вангор. Через княжество проходил самый большой торговый путь в империю из Степи, Леса и Вангора.

Мои земли располагались близко друг к другу. От хана я получил кусок степи, запертый между большим Снежным хребтом и Малым хребтом с юга на север. На этих землях находился мой домен Высокого Хребта, который мне предстояло отстроить и заселить. От Вангора мне досталось княжество и приграничные земли вместе с городом Бродомиром. Предстояло решить, где обустраивать столицу княжества. И подумав, я решил сделать столицей город Чахдо – он был больше степного Бродомира и уютней. Там был дворец наместника, теперь мой дворец в Чахдо. Вообще если собрать мои земли вместе, они лишь немного уступали королевству Вангор.

Как-то стоя на балконе своего дворца на Горе, я видел, что в княжестве Чахдо царило запустение, дымились остатки деревень, городки закрылись, и за их стенами укрывались жители ближайших окрестностей. А те, кто не успел спрятаться, двигались к новым моим землям фронтира. Знал бы я, не переселял бы эту массу жителей.

Но теперь поздно сожалеть.

Я прибыл к лагерю далеко после полудня. Он был обустроен на границе княжества у предгорья Старых гор по всем правилам военной науки. Барышни-жрицы не жалели мужской труд: были вырыты рвы, обустроены валы и установлены вышки с наблюдателями. У подножья Старых гор росли девственные леса, и строительного материала хватало. А черные эльфары, как я их обзывал про себя, были рукастыми парнями. Прямо как легионеры древнего мира. Конные разъезды патрулировали окрестности, а охотничьи отряды занимались добычей пропитания в горах – зверья тут расплодилось много.

Я остановился у ворот лагеря и стал ждать. Меня заметили, и ко мне вышел воин, высокий, широкоплечий, на две головы выше меня.

Я поднял голову и с любопытством спросил:

– «Чем вас там кормят, что ты такой большой?» – Он вытаращился и гулким басом ответил:

– Ты кто?

– Ну ты спросил, – удивился я. – Меня тут все знают. Я князь Ирридар Чахдо. Тот, кто привел вас сюда. Передай своим грессам, что я прибыл с ними поговорить.

– Если ты князь, то я император, – рассмеялся чернокожий воин.

Я тоже рассмеялся и ответил:

– Теперь я понимаю, почему вами командуют бабы.

Улыбка слетела с лица воина, он нахмурился и прикрикнул:

– А ну пошел прочь, не то…

Я перешел в ускоренный режим, схватил воина, положил себе на плечо и, выйдя из ускоренного режима, направился к открытым воротам. С вышки на меня смотрел часовой, и он сигнальным колоколом поднял тревогу. Я вошел в ворота и встретил собравшихся воинов с копьями, которые преградили мне путь. Воин пытался вырваться и орал, что со мной сделает, когда освободится, но черные руки держали его крепче застывшего бетона. Он мотал ногами и выглядел забавно.

На шум вышла одна из младших командиров. Жрица увидела меня и прикрикнула на мужчин. Те недовольно расступились.

– Вы по делу? – спросила меня жрица довольно сухо.

– Да, – ответил я. – Веди к старшим. – Я не хотел появляться внезапно пред их сияющими очами. Очень они нервничали из-за этого.

Она кивнула.

– Опустите этого дурня, – пряча усмешку, попросила она. Воин уже затих и висел на плече, почти касаясь земли головой. Я бросил его и последовал за грессой. В большом шатре меня уже ждали.

Шесть гресс смотрели на меня с тревогой. Я огляделся и сел на один из походных стульев, грессы остались стоять.

– Грессы, – начал я без предисловий, – поймите, я, как и Беота, почти бог, хранитель степи. У меня своя гора и замок, и большее влияние. Я не как вы, смертные. Понимаете?

Они переглянулись и неохотно кивнули.

– Так вот, ваша богиня исчезла в битве с братом Курамой, где она сейчас – неизвестно. Ее домен сейчас свободен, и вы понимаете, что есть ее брат Рок, который захочет его захватить.

Я дал им возможность подумать над моими словами, потом продолжил:

– Вы понимаете, что он с вами сделает? Нет? Так я скажу: он любит менять любовниц и будет вас менять, как солдат портянки. Вы этого хотите? – Жрицы машинально отрицательно покачали головой. – Вот и я этого не хочу. Одна из вас, гресса Ильридана, моя жена, и я ее люблю, а она любит меня.