Читаем Архивариус полностью

Вообще, лечение Драко, как я уже успел понять, не настолько сложный вопрос. Да, шрамы на его душе не вылечить быстро… Я, если честно, пока что не особенно понимаю, как к ним приступиться, но у меня есть несколько мыслей, что нуждаются в проверке.

Для проверки собственных мыслей мне нужны экспериментальные образцы, и ничто так хорошо к этом не походит, как крысы, мартышки и свиньи. Первым делом я решил заняться исследованием на крысах. Каким образом?

Мной было заказано тысячу лабораторных крыс, мне их добыли из магловского и магического миров. После этого я проводил самые разные эксперименты на каждой из них. Первым делом нужно было научиться наносить вред их мелким душам и смотреть на то, как происходит восстановление и лечение.

Со всеми знаниями, которые у меня образовались за это время, можно было разработать некоторые дополнительные заклинания. Для нанесения вреда душе можно было создать новое заклинание на основе заклинаний Круцио и Авада Кедавра. Эти два заклинания именно влияют на душу, так что модификация их была не самым сложным заданием. Конечно, пришлось немного попотеть, дабы разработать вариант, который будет работать сто процентов, но мне это удалось. Точечное воздействие Авады и воздействие Круцио, и я создал заклинание, которое делало хирургический разрез на душе. Назвал я заклинание Секанс Анима.

Тестирование заклинания на животных было успешным, что меня сильно порадовало и я сразу же засел за некоторую его переработку и улучшение. Такое заклинание должно тратить чуть меньше магической энергии. Не скажу, что я достиг впечатляющих результатов, но даже небольшое улучшение было уже полезным.

Помощником в этих экспериментах выступала Изольда – как самая опытная в магическом плане, а также обладающая достаточными теоретическими знаниями, чтобы помогать в каких-то мелких делах. Флёр и Гермиона тоже обладали доступом к моим исследованиям, но они не очень хорошо – пока! – разбирались в формулах.

Дабы улучшить их понимание, целую неделю я потратил на чтение лекций по рунам. Активность этих лекций была очень высока и касалась особенно тех тем, над которыми я работал.

После того, как я вернул Флёр и Гермиону в школу, я сам продолжил исследования. Смертью ста животных я сумел разработать подход, при котором мой духовный скальпель срезал нужную часть души. Конечно, управлять им было не слишком просто, но практика позволяет отработать и не такое.

Следующим большим заданием было придумать способ, как можно вылечить или ускорить восстановление раны. Можно, конечно, использовать магловский хирургический подход и сшивать края раны. Но это нужно оставить напоследок. Мне бы хотелось найти какой-то другой путь.

Знания Фламеля тут оказались просто бесценными, потому что они позволяли мне пропустить очень много шагов по исследованию души. Если бы не это, то я думаю, что потратил был лет эдак двадцать на исследования базовых принципов и прочего. Гоблинские знания тоже сильно помогают в этом вопросе, хотя у них знания несколько специфические. Но даже так, это очень даже неплохое дополнение.

Панацею использовать можно для лечения таких повреждений, но тогда это будет очень неэффективным методом. Одноразовый метод, который после этого становится недоступным. Слишком большая цена.

Мои попытки найти вариант лечения были всё время неуспешными. Что я только не пробовал: от вырезания части души у одних существ и пересадкой другим. Такие умирали быстрой и очень болезненной смертью. Даже если я убивал физическое тело, душа продолжала корчиться от боли, пока в последствии не уничтожалась. Страшная смерть, если честно. До того, что я просто пытался срастить всё вместе, но ничего не работало, кроме как натурального процесса регенерации, что проходил достаточно быстро. Даже не так… душа регенерирует очень быстро, но любые повреждения оставляют страшные шрамы.

Под конец мне пришлось вернуться к магловскому методу. Для того, чтобы зашить рану, нужно обладать специальными нитями. В этом деле нити нужны не простые, а такие, чтобы работали на душе. Самый легкий способ – сделать эти нити из части души, зашить рану, а затем зашить то место, откуда брались сами нити. Пока что это был единственный рабочий вариант.

Чтобы проверить уже этот вариант, и насколько он подходит для людей, мне нужны именно человеческие подопытные. С этим было одновременно сложно и не очень. Амел с большой охотой мог бы выделить мне заключенных, которых ожидала смертная казнь. Это было хорошо. Проблемой было то, что таких заключённых не так уж и много. Приходится быть осторожным, потому что этот ресурс трудно восполнимый.

Эксперименты над людскими душами я проводил уже в сокрытии от всех других. Никто кроме меня и Амела не знал, чем я занимаюсь. Мои исследования по зашиванию ран на душах оказались успешными, но не настолько как хотелось бы. Да, шрамы после операции уменьшались и становились едва ли заметными, но это не возвращало разум.