Читаем Архив Троцкого. Том 2 полностью

Речь Калинина по совхозам на июльском пленуме является ярким доказательством того, насколько поверхностный характер носит провозглашенный с такой помпою левый курс. Калинин открыто проповедует так называемую производственно-техническую точку зрения, совершенно отрывая ее от политических тенденций и забывая о том, что такая абстракция от классовых отношений может привести к опаснейшим последствиям. Да он и не боится этих последствий. Наоборот, он с удовольствием идет навстречу этим последствиям. Он заявляет: прежде чем уничтожить кулака, найдите те элементы в деревне, которые могли бы его заменить. Калинин, таким образом, становится на точку зрения, что подъем производительных сил мы должны поощрять даже тогда, когда он происходит в формах, классово чуждых пролетариату. Подъем сельского хозяйства является для нас вовсе не абстрактной задачей, а живой проблемой высоко политического порядка. Наша экономика должна ставить своей задачей подъем социалистического сектора нашего хозяйства, преобразование индивидуального хозяйства в коллективистическое. Такое понятие сельского хозяйства, которое содействовало бы росту кулацких элементов, нам не нужно. Не для этого существует пролетарская власть. Такие функции с успехом могла бы выполнять и буржуазия.

Вот образцы «высказываний» Калинина:

«...Вы, руководители на местах, вы говорите, что нет хлеба. А практически, когда вы разоряете кулацкое хозяйство, вы перво-наперво должны подумать, а как нам эту производственную ячейку кулацкую, кулацкое гнездо, заменить. А вот если бы каждый предисполком, когда он кулака выселяет, разоряет, предварительно создал бы комиссию в три человека с таким примерно заданием: до тех пор я этого кулака не выселю, пока вы не утилизируете на все 100% его производственную часть; если мне не даст гарантию каждый из вас, что ту производственную часть, которую выполняет кулак, вы не сохраните и не восполните, я скажу вам: я решительно против этого» (Стенографический отчет июльского пленума ЦК, с. 7).

«...Если бы Косиор вас тянул каждый год, спрашивал бы вас, что вы знаете об урожае, почему нет льна, если бы вас нынешний год подтянули, в будущем году подтянули — тогда ваш предгубисполкома не пришел бы к выселению кулака. Он бы «берег» каждого кулака, он бы сказал: «Черт возьми, его надо было бы выселить, но он дает двадцать пудов льна, поэтому его надо пока оставить»».

«...Мы поддерживаем не кулака, а мы хотим, чтобы производственная часть была лучше сохранена... У меня одна идея, весь вопрос в производстве сельского хозяйства. Крупное кулацкое хозяйство рушится, а замена не идет, упряжь не предохраняется, распылять мы молодцы все, а производители слабые» (там же, с. 8).

Хотя Калинин берет слово «берег» в иронические кавычки, он это делает совершенно напрасно. Калинин с похвальной откровенностью раскрывает свою душу, и «откровение» Калинина так чудовищно, что даже Ярославский вынужден дать ему отповедь:

«Он (Калинин) заявил, что он «за поддержку» кулацких хозяйств, — конечно, в определенном смысле. Но напрасно он ссылается при этом на Ленина — Ленин никогда не говорил, что он за поддержку кулацких хозяйств; он говорил о борьбе с кулацкими хозяйствами, о подавлении этих кулацких хозяйств, об ограничении их, но, во всяком случае, не о поддержке кулацких хозяйств. Отсюда, из этой неправильной установки у товарища Калинина, у него были неправильные рассуждения и о том, в чем разница нашего отношения к кулаку и отношения к кулаку со стороны оппозиции. Я думаю, что то противопоставление, которое он сделал, будет просто-напросто подарком оппозиции, который нам сделать не следует — будто бы мы принципиально не против кулака (подчеркнуто Ярославским). Отсюда же и неправильна его ссылка, мне кажется, на дело о смоленских помещиках. Там речь шла о том, что выселению подлежало 470 человек. Губернская земельная комиссия, которая тщательно рассмотрела все представленные виками и уиками430 материалы по выселению, из 758 признала подлежащими выселению 470 человек, в том числе 172 из бывших помещиков недворян. Для характеристики предназначенных к выселению лиц последней категории надо указать, что в то время как выселяемые бывшие дворяне в среднем имели (конечно, до революции) 150-170 десятин земли, выселяемые других категорий имели 250 — 260 десятин земли, а в числе недворян есть бывшие владельцы 1 и 2 тысяч десятин и т. д. Все мы знаем, что перед революцией много разоренных дворянских хозяйств переходили в руки кулаков, в руки купцов — они от этого не перестали быть помещиками — ведь мы говорим о борьбе с классом, а не о сословии. Вот почему, я думаю, что ссылка тов. Калинина на это дело неправильна, что она искусственно была привязана к вопросу о совхозах.