Читаем Архив Троцкого. Том 1 полностью

41. В руководстве китайской революцией мы имеем не тактические ошибки, а неправильную в корне линию. Это ясно из всего изложенного. Это становится еще яснее, если сопоставить политику в Китае с политикой в отношении Англорусского комитета. В этом последнем случае несостоятельность оппортунистической линии обнаружилась не так трагически как в Китае, но не менее полно и убедительно.

42. В Англии, как и в Китае, линия была направлена на сближение с «солидными» верхами, на личные связи, на дипломатическое комбинаторство ценою фактического отказа от углубления пропасти между революционными или левеющими массами и предательскими вождями. В погоне за Чан Кайши мы толкали китайских коммунистов на принятие диктаторских условий, которые Чан Кайши ставил коммунистической партии. В погоне за Переедем, Хиксом, Ситриным[144] и К° представители ВЦСПС принципиально стали на позицию нейтральности профессионального движения, признали Генсовет[145] единственным представителем английского пролетариата и обязались невмешательством в дела английского рабочего движения.

43. Решения берлинского совещания Англо-русского комитета означают наш отказ поддерживать в будущем стачечников против воли клейменных штрейкбрехеров. Они означают осуждение и выдачу с головой профсоюзного меньшинства, ибо работа его направлена против тех предателей, которых мы признали единственными представителями английского рабочего класса. Наконец, торжественное провозглашение «невмешательства» означает нашу принципиальную капитуляцию перед национальной ограниченностью рабочего движения в ее самых худших и консервативных формах.

44. Чан Кайши обвиняет нас во вмешательстве во внутренние дела Китая, как Ситрин обвинял нас во вмешательстве во внутренние дела тред-юнионов. И то и другое обвинения есть пересказ обвинений мирового империализма против рабочего государства, смеющего интересоваться судьбами угнетенных масс всего мира. В этом случае, как и в других, и Чан Кайши, и Ситрин, в разных условиях и на разных постах, остаются агентами империализма, несмотря на временные столкновения с ним. Гоняясь за сотрудничеством с такими «вождями», мы вынуждены все больше сужать, ограничивать и урезывать наши методы революционной мобилизации масс.

45. Нашей ложной политикой мы не только помогли Генсовету удержать свои пошатнувшиеся позиции после предательства стачки, но и вооружили его всем необходимым, для того чтобы он мог нам ставить наглые требования, которые мы покорно принимали. Под звон разговоров о «гегемонии» мы вели себя в вопросах китайской революции и английского рабочего движения как идейно побежденные и тем подготовляли свое материальное поражение. Оппортунистический сдвиг политики всегда сопровождается упадком веры в свою линию.

46. Дельцы Генсовета, получив от ВЦСПС вексель на невмешательство, доказывают несомненно Чемберлену[146], что их способ борьбы с большевистской пропагандой гораздо более действителен, чем метод ультиматумов и угроз. Чемберлен, однако, предпочитает комбинированные действия, включая и дипломатию Генсовета в систему британского империализма.

47. Ссылаться против оппозиции на то, что Болдуин или Чемберлен «тоже» хотят разрыва Англо-русского комитета, значит ничего не понимать в политической механике буржуазии. Болдуин законно боялся и боится вредного влияния советских профсоюзов на левеющее рабочее движение Англии. Свое давление на Генсовет английская буржуазия противопоставила давлению ВЦСПС на предательскую верхушку тред-юнионов, и буржуазия оказалась в этой области победительницей по всей линии. Генсовет отказался принять деньги советских профсоюзов и обсуждать вместе с ними вопрос о помощи горнякам. Давя на Генсовет, английская буржуазия через него давила на ВЦСПС и добилась на берлинском совещании от представителей последнего неслыханной капитуляции по основным вопросам классовой борьбы. Такой Англо-русский комитет выгоден английской буржуазии (см. заявления «Таймса»). Это не помешает ей и впредь не только нажимать на Генсовет, но и требовать разрыва его с ВЦСПС, ибо путем такой политики нажима и шантажа британская буржуазия выигрывает все то, что мы так бессмысленно и беспринципно теряем.