Читаем Архетип Апокалипсиса полностью

Итак, «Сто сорок четыре тысячи» сынов Израилевых было собрано, как объясняет Иоанн, когда из каждого колена взяли по двенадцать тысяч: здесь затронут архетип числа двенадцать. Данный пассаж – очередная отсылка к книге пророка Иезекииля, а именно к тому моменту, когда на Иерусалим вот-вот обрушится Божий гнев:

И вот, шесть человек идут от верхних ворот, обращенных к северу, и у каждого в руке губительное орудие его, и между ними один, одетый в льняную одежду, у которого при поясе его прибор писца. И пришли и стали подле медного жертвенника. И слава Бога Израилева сошла с Херувима, на котором была, к порогу дома. И призвал Он человека, одетого в льняную одежду, у которого при поясе прибор писца. И сказал ему Господь: пройди посреди города, посреди Иерусалима, и на челах людей скорбящих, воздыхающих о всех мерзостях, совершающихся среди него, сделай знак. А тем сказал в слух мой: идите за ним по городу и поражайте; пусть не жалеет око ваше, и не щадите; старика, юношу и девицу, и младенца и жен бейте до смерти, но не троньте ни одного человека, на котором знак, и начните от святилища Моего. И начали они с тех старейшин, которые были перед домом. (Иез. 9:2-6)

Рисунок 4.4 Положим печати на челах рабов Бога нашего… Виттенберг. 1522. Гравюра.

Мы видим, что здесь выражена та же самая идея маркировки тех, кого нужно защищать от Божьего гнева. В английском переводе, выпущенном под названием New Jerusalem Bible Version, греческоеtaw в вышеприведенном отрывке из Иезекииля переведено как «крест» (cross), что, однако, признается не всеми переводчиками: так, например, в другом переводе, New Revised Standard Version, говорится просто о «метке на лбу» (put a mark on the foreheads). За первой версией стоит опыт римской католической церкви, возможно, поэтому всплыл христианский образ, хотя может быть слово taw и впрямь когда-то обозначало метку крестом.

Дж.М. Форд, комментируя издание Anchor Bible, высказывает интересные наблюдения на эту тему:

Можно связать taw, метку, которая сохраняет меченного и избавляет его от наказания, с иудейскими обрядами, в которых применялись священные объекты Урим и Туммим, при помощи которых священник выступал, как оракул, от имени Бога. Их прикрепляли к Эфоду первосвященника (Исх. 39:8-21). Первоначально это были два камня оного размера и формы, но с разными метками на них - возможно, это были первая и последняя буквы еврейского алфавита, т.е., соответственно, aleph иtaw. В иудейских обрядах aleph означало «виновен, подлежит наказанию», taw, напротив, означало «невиновен». Если Иоанн намекает на именно этот обряд, то те, кто поклоняется зверю, должны быть помечены меткой aleph.²⁰

К «метки зверя» мы еще вернемся, сейчас нас интересует спасительная, позитивная, функция метки. Можно сказать, развивая мысль Дж.М. Форд, что обе метки символически маркируют уровень развития. Если кто-то прошел весь путь психологического прогресса – от начала алфавита вплоть до конца – он удостоен особого статуса.

Как мы помним, меткой был отмечен и Каин, но его знак имеет более сложный, двусмысленный характер. Он убил Авеля и был изгнан в качестве наказания. Каин говорит Яхве: «всякий, кто встретится со мною, убьет меня», на что тот отвечает:

за то всякому, кто убьет Каина, отмстится всемеро. И сделал Господь [Бог] Каину знамение, чтобы никто, встретившись с ним, не убил его. (Быт. 4:14-15)

Опять семеричность. И мы видим, что знамение дается Каину для защиты, божественная метка защищает убийцу! Я хотел обратить ваше внимание на то, что проблема меток и меченных не так однозначна, как кажется на первый взгляд, и, если копать эту тему глубже, можно наткнуться на неразрешимые противоречия.

Процедура сортировки и мечения имеет свою позитивную роль, ведь она выделяет из огромного числа людей «сто сорок четыре тысячи» избранных, тех, кто достоин носить белые одежды и находится перед престолом Бога. Своеобразное отделение избранных от непосвященных. Все религиозные традиции проводят границу между эзотерическим и экзотерическим знанием, и уж точно все они предполагают разные уровни духовного развития. Так вырабатывается представление о духовной иерархии.

Для снов также характерен сюжетный поворот, при котором кого-то или что-то специально отмечают. Как правило, это важные сны. Во всяком случае, я склонен интерпретировать метку как знак избранности, призвания к индивидуации. Как мы знаем, далеко не все удостаиваются призвания: «сто сорок четыре тысячи», не так уж и много, если вспомнить, сколько людей жило и живет на свете.

Одежды, убеленные кровью

Иоанн продолжает, и мы узнаем о том, как праведники омыли одежды в крови Агнца: