Читаем Архангел полностью

— Этот парень… я был в аналитическом отделе, смотрел историю его жизни и отметки о характере. Короче говоря, по нашему образцу при жизни плакала психиатрическая клиника. До где-то восьмого класса он был забитым, но добрым пареньком. Потом у него началось раздвоение личности. Никто не замечал, кроме его одноклассников. Добрый мальчик был добрым только дома. В школе он зверел, и все кто раньше его хоть как-нибудь обижал, огребли по полной. Учителя против ничего не имели и родителям не сообщали. Считали, что хулиганов давно стоит проучить, а это парень имеет на это полное моральное право. Темная сторона его личности потом записалась на курсы киокушинкай, и прилежно там училась. А потом он, защищая свою старшую сестру, побил банду насильников так, что двое из пяти оказались в реанимации. Его сестры стали его бояться, и добрый мальчик не выдержал. Сиганул с утеса. Но - выжил. Сестры долго перед ним извинялись, он перед ними тоже, раздвоение его личности полностью исцелилось. Как казалось. Лечащий психотерапевт сказал что его помощь больше не нужна и отказался от пациента. Мы потом его нашли. Личности паренька сумели договориться. Ты себе такое представляешь? Я - слабо. Но в итоге получилось нечто довольно оригинальное. В спокойном состоянии он добрый и пушистый. А главное - невероятно вежливый. Но если умудриться его разозлить… вроде как чем хуже его настроение, тем больше он напоминает второго себя. При этом он может быть внешне вежливым и спокойным, но внутри это уже клубок ядовитых змей. У второго него нет ни совести, ни морали. У первого после слияния эти качества тоже претерпели изрядные метаморфозы. Например, у него начисто отсутствуют общечеловеческие табу. Чувство отвращения у него атрофировано. Чувство страха и самосохранения - в известной мере тоже. Знаешь, как он умер?

— Так его не лаборатория убила? - Ничего подобного! Неужели ты действительно думаешь, что мы занимаемся таким?

— Еще как можем… Ну и что с ним случилось?

— В поезде ехала банда. Решили они его ограбить.

— И что?

— Последний успел пристрелить его. И его, кстати, оправдали.

— Почему?

— Как только первый бандит вытащил пистолет, наш парень схватил его, выдернул оружие и без колебаний всадил по пуле в лоб каждому. Каюта та была все в крови и человеческих мозгах. Ну, в качестве военного образца он должен был произвести фурор. А вместо этого он оказался единственным разумным из всех.

— А девочки?

— Девочки… Одна прыгнула с крыши. Из-за несчастной любви. А вторую изнасиловали и прирезали ее же одноклассники.

— Да я не про то! Их где собрались использовать?

— В нашей лаборатории. Курьерами, ходячими компьютерами, испытательными стендами и, под конец, сам знаешь, как можно использовать мужчинам молодых женщин.

— Нда… И куда их собирались направить?

— Парня - в одну из локальных войн. Девчонок оставить у нас, одну в темпоральном отделе, а вторую в генетическом.

— Техникам ничего не дали? - Ты их видел. Эти ребята раздражаются, даже если откуда-то пылинка падает, когда они думают.

— Это точно.

— Олег, эта кабина точно выдержит троицу этих зверей?

— Зверей бы она действительно задержала. Но банку можно достаточно легко поднять снаружи. Только найти потайную кнопку - и мы в их руках. Точнее когтях.

Внезапно тот, кого называли профессором, побледнел

— Что такое? Что с вами?

— Открывай! Нам нужно уничтожить двадцать третий проект до того как они найдут его!

— Двадцать третий проект? Что это?

Я вошел в комнату, которая, вероятно, была машинным залом. Столы и несколько терминалов. За двумя, пристроив обсосанные дочиста черепа на клавиатуру, лежали, скорее всего, местные сисадмины. Если они, конечно, водятся в таких местах. Я подошел к полированной дубовой двери. На ней было вытравлено "Директор генетического отдела, Халайенко Владислав Павлович". Я толкнул дверь. Внутри не было ничего необычного. Однако мое внимание привлек компьютер, стоявший на столе. Я подошел к нему и включил. Вполне обычный компьютер, четвертого поколения, возможности, конечно, основательно выше обычных, тех за которыми я работал, однако это не очень-то важно. Поскольку на компьютере стояла какая-то незнакомая версия операционки и требовала с меня пароль. Я смотрел на монитор, ожидая, когда появится призрак, что мило напечатает пароль для меня. Однако ничего не происходило. Некоторое время. Потом клавиши начали вспыхивать. Дурак бы догадался, что их и нужно нажимать. Рядок клавиш вспыхнул и угас, а я получил пароль. И вошел в систему. Прежде всего, я залез в файлы касающиеся меня. Довольно странно, но я чувствовал что-то вроде связи с этим компьютером. Будто он всегда был моим. Это тоже связано с процессорами в моей голове? Ну-ка…