Читаем Аритмия чувств полностью

Януш. Некоторые считают, что совсем не ухожу, но это, конечно, ерунда. Так думают мои дочери, и когда немогут поймать меня по телефону в бюро, то очень удивляются, что вынуждены звонить на сотовый (смеется). А мне во Франкфурте вообще сотовый не нужен, потому что я все время доступен по какому-то из стационарных номеров. Уходить домой я обычно стараюсь около девяти часов. Но нередко, например, после ужина я возвращаюсь, ведь, как я уже говорил, чтобы оказаться в бюро, мне надо пройти всего пятьсот метров. Возвращаюсь, если в голову приходит какая-то мысль, касающаяся книги. И тогда уже я прихожу домой около полуночи.

Дорота. Но ты ведь можешь работать на компьютере и дома?

Януш. Могу, но не хочу. Дома у меня нет даже телефона. Я все же стараюсь контролировать себя. У меня нет дома ни телефона, ни компьютера. Если бы я имел дома и то и другое, то вообще не отрывался бы от работы. А так у меня есть немного свободы.

Дорота. Надоедала ли тебе когда-либо твоя работа? Испытывал ли ты когда-нибудь отвращение к тому, что делаешь, хотел перемен?

Януш. Бывают такие моменты, особенно когда я работаю над проектом, который поглощает много времени и долго длится. Не важно, кто ты, кузнец или специалист по информатике, все мы хотим как можно быстрее увидеть результаты собственных трудов. А в работе специалиста по информатике во время выполнения крупных проектов бывают такие долгие, грустные фазы. Время дорого, ведь за него платят деньги. Я же должен определить, сколько времени займет конкретное задание, кто будет тестировать программу, кто будет ее потребителем, каковы возможности проекта. Это составление так называемых гедшгетеп& в случае больших проектов длится месяца два и является страшно скучным занятием. У тебя уже есть определенные задумки, и ты хочешь поскорее приступить к их осуществлению, а вынужден писать какие-то идиотские директивные указания, то есть заниматься обычной документацией. Потом приступаешь к написанию программы. В этот момент мне тоже плохо. Ты спрашивала, когда я бывал сыт по горло работой, так вот именно на этом этапе. В документации приходится немного лукавить, поскольку на самом деле заранее трудно все предугадать, но ты тем не менее должен написать этот предварительный план, чтобы его оценили и приняли решение наверху. Такая процедура обязательна во всех фирмах, занимающихся написанием программ, -моя не исключение. Руководство знает, что программистов тянет к компьютеру, но в первую очередь требует от нас соблюдения всех формальностей. Потом сидишь программируешь, и это самый интересный период. Но прежде чем получишь первые результаты, пройдет немало времени. Ожидание тоже порой бывает довольно нудным. Жаркая пора наступает, когда появляются первые результаты, чаще всего куцые, ограниченные какими-то условиями. Потом эти условия расширяешь снова и снова... И наступает конечный этап подготовки и составления документации с подробным отчетом обо всех моих действиях в процессе работы. Ведь может случиться, что Вишневский полетит самолетом, а самолет упадет, и кто-то другой будет вынужден продолжить начатую работу. Этот кто-то должен знать, что ему надо делать, и поэтому я обязан подготовить техническую документацию с объяснениями, как я решил те или иные проблемы, потому что из самой программы он этого не увидит, составить руководство и написать программы по обслуживанию. И это еще примерно два месяца, которые зачастую приходится тратить во время выполнения крупных проектов. И снова наступает момент, когда ты чувствуешь, что готов все бросить.

Дорота. Я спрашивала о тотальном кризисе. О дне, когда ты подумал, что оставишь эту свою информатику и химию и полностью изменишь свою жизнь. Например, перейдешь на сторону литературы.