Читаем Аргидава полностью

Равке перерыла все, осмотрела каждую вещь, что положили вождю с собою в путь далекий, рыскала, принюхиваясь, шумно и часто втягивая носом, крутя головой, как крыса, шарила чуткими своими пальцами в складках одежд. Что она искала? Находила ненужное, стряхивала с рук куда попало. Что разыскивала? Никому не было ведомо. Голосила страшно, задыхалась, но искать не переставала. Двигалась все медленнее, все трудней, затем, почуяв что-то непреодолимое, роковое, схватилась за горло, доплелась обреченно до места, где прощались с ее единственной драгоценной любовью, с дитятком ее, с Младшим, потянулась другой рукой к нему из зловонной орущей толпы, не дотянувшись, прошла еще на негнущихся неверных ногах, закричала: «Камеееень, Мальчик! Пропал кааамень, Мальчик!» – вдруг легко вздохнула, тихо и нежно рассмеялась своим удивительным детским смехом, как будто никому не принадлежащим, занесенным случайно южным ветром, молвила удивленно и кротко: «Как же не нашла? Как же не поспела?» – да и рухнула замертво, тут же почернев лицом еще больше, уставившись пустыми глазами в равнодушные к ней, незнакомые с ней, недоуменные серые небеса.

Эпоха свирепого, безумного вождя окончилась. За его преступления расплатился его народ. Своей жизнью расплатился, проклятый миром, хозяином которого он хотел себя считать, народ, доверчиво шедший за царем своим в ад, народ по сути своей невинный, но дикий и невежественный, не умевший более ничего, кроме как слепо верить вождю, идти за ним, грабить, убивать и гибнуть.