Читаем Арахна полностью

Но страх все же не оставлял меня. Пока тварь поднималась по огромным ступеням, я продолжал вжиматься в стену. Только представьте себе эту картину! Вокруг — ничего видимого, ничего, кроме большого плоского круга песка в футе подо мной. Но мысленно я видел храм, все его коридоры и дворы, и чудовище наверху, в страхе перед которым я скорчился здесь в наступающей темноте.

Звук шагов над головой затих: по-видимому, тварь вошла в просторный зал, куда я не осмелился проникнуть. Самое время воспользоваться темнотой и бежать! Я с бесконечной осторожностью поднялся на ноги и бесшумно направился через двор к выходившей в коридор двери. Я уже прошел, как мне показалось, примерно половину расстояния — и вдруг врезался в еще одну невидимую стену, преграждавшую дорогу. Я упал на спину, и металлическая рукоять ножа, висевшего в ножнах у меня на поясе, громко лязгнула о пол. Господи Боже, я неправильно определил, где находится дверь, и вместо двери пошел прямо к стене!

Я лежал неподвижно, охваченный леденящим страхом. Затем на верхней площадке послышались мягкие шаги твари: «пам, пам, пам…» Шаги стихли. «Сможет ли тварь разглядеть меня с площадки? — спрашивал я себя. — Увидит ли?»

С минуту меня согревала надежда, так как я не слышал ни звука, но мгновение спустя я понял, что смерть схватила меня за горло — со ступеней донеслось: «Пам, пам…»

При этом звуке меня покинули последние остатки самообладания. Я вскочил и как безумный ринулся к двери. С глухим ударом я натолкнулся на какую-то стену и поднялся на ноги, дрожа. Шагов не было слышно, и я стал как можно тише красться через двор. Мне казалось, что я шел к двери, однако я потерял всякое чувство направления. Что за чудовищную игру вели мы там, на потемневшем круге песка!

Тварь, охотившаяся за мной, не издавала ни звука. Во мне снова пробудилась надежда. По ужасной иронии судьбы, именно в этот момент я натолкнулся на жуткое существо. Моя вытянутая рука ощутила и сжала, очевидно, одну из его лап — толстую, холодную и волосатую. Тварь тут же отдернула лапу и схватила меня, затем в меня вцепились еще две конечности. Тварь стояла совершенно неподвижно, позволив мне самому угодить в ловушку — драма паука и мухи!

Существо удерживало меня всего миг. Его холодная хватка наполнила меня таким глубоким, непреодолимым отвращением, что я сумел высвободиться и в отчаянии заметался по двору. Я споткнулся о нижнюю ступеньку гигантской лестницы и бешено помчался по ней вверх. Тварь ринулась за мной — на бегу я слышал звук погони, но теперь это были не мягкие шаги, а быстрое шуршание.

Я выбежал на площадку, пересек ее и схватился за край парапета, предпочитая покончить с собой, броситься вниз и разбиться. И вдруг камень дрогнул под руками — одна из верхних глыб расшаталась и накренилась ко мне! Я мигом схватил огромный камень и, шатаясь, поволок его через площадку к лестнице. Думаю, камень таких размеров не подняли бы и два человека, но я с внезапным приливом яростной силы совершил и большее: услышав, что тварь стремглав взбирается по ступеням, я поднял по-прежнему невидимую глыбу над головой и швырнул ее вниз, в направлении чудовища.

Камень рухнул с громовым грохотом, на миг воцарилась тишина, а затем послышалось низкое гудение, перешедшее в протяжное громкое жужжание. Одновременно на полпути вниз, в том месте, где упала глыба, будто из воздуха потекла водянистая лиловая жидкость. Она стекала по ступеням, и те на глазах обретали форму; проступили грани каменной глыбы и раздавленной ею огромной волосатой конечности, сочащейся лиловой кровью чудовища. Я не убил тварь, но камень приковал ее к земле.

Тварь задергалась на лестнице, и лиловый поток разошелся в стороны. Поднялись брызги, и я смутно разглядел очертания чудовищного бога, который властвовал в Мамурте много веков назад. Он походил на исполинского паука с суставчатыми лапами длиной в несколько ярдов и волосатым, омерзительным телом. Я поразился тому, что тварь, хотя и была невидимой, сделалась доступной глазу благодаря вытекавшей из нее крови. Но я не стал гадать о причинах этого — мне хватило одного взгляда на смутный силуэт, проступивший в лиловых пятнах. Стараясь держаться подальше от твари, я стал спускаться по ступеням. Рядом с тварью я чуть не задохнулся от невыносимого зловония раздавленного насекомого. Чудовище яростно пыталось освободиться и броситься на меня, но его усилия были тщетны. Дрожа и с трудом передвигая ноги, я благополучно спустился вниз.

Шатаясь, я пересек двор, пробежал по коридору, затем по длинной аллее. Две гигантских статуи высились в лунном свете, и на пьедесталах выделялись таблички со странными письменами и резными изображениями паука. Теперь я понимал, что они означали!

К счастью, мои верблюды забрели в руины. Если бы они остались у невидимой стены, страх не позволил бы мне вернуться за ними. Всю ночь ехал я на север и с рассветом, не останавливаясь, продолжал гнать верблюдов. В ущелье один из них споткнулся и рухнул замертво; при падении лопнули все бурдюки с водой, притороченные к его спине.