Читаем Арабский Геродот полностью

Для исследователей истории Византии и арабо-византийских отношений наибольший интерес представляет информация, приводимая Масуди относительно современного ему состояния соседней империи. Правда, эти сведения ученый получил значительно позже своей первой поездки в Сирию, в то время, когда он уже прочно осел в Египте и лишь изредка наезжал в Дамаск и другие сирийские города. Так, летом 946 г. в Дамаск прибыл видный византийский дипломат и ученый Иоанн Мистик для ведения переговоров с наместником правителя Египта Ихшида, который присоединил большую часть Сирии к своим владениям, о заключении перемирия и подписании договора об обмене пленными. Масуди срочно выехал из египетской столицы Фустата в Дамаск и добился встречи с византийским вельможей. Иоанн Мистик рассказал арабскому ученому о борьбе за власть между двумя претендентами на византийский трон — Константином VII Багрянородным (913—959) и Романом I (920—944), которая закончилась победой Константина и заточением Романа в монастырь. Через несколько лет Масуди узнал о том, что свергнутый император Роман умер, а из его сыновей один был убит, а другой посажен в темницу. Обо всем этом наш автор написал в своем последнем сочинении — «Книге указания и наблюдения».

Интересовался Масуди также и внешнеполитическим положением Византии. Его внимание привлекает византийско-болгарская война, когда арабы-мусульмане предприняли совместные действия с болгарами, которыми предводительствовал царь Семион. Он сообщает также о нападениях печенегов и мадьяр на северные границы империи.

Возможно, что, находясь в Сирии и собирая сведения о Византии, Масуди впервые услышал о некоем народе, который носил название русов. Бывалые арабские воины сообщили любознательному иракцу, что слово «русы» означает «рыжие» — таков был цвет волос большинства сыновей этого народа, которых доводилось видеть сирийским пограничникам. Масуди узнал также, что некогда русы совершали нападения на Константинополь, но потом, как он выражается, «вошли в общность румов и стали нести караульную службу в приграничных областях». Не совсем понятно, какой смысл вкладывал сам ученый в выражение «вошли в общность румов», но известно, что, согласно договорам, заключенным между Византией и киевскими князьями в 911 и 944 гг., особые отряды русских воинов принимали участие в боевых действиях против арабов-мусульман. Фактически это, конечно, не означало, что Киевская Русь стала зависимым от Византии государством, как могло показаться Масуди, получавшему весьма отрывочную и одностороннюю информацию о состоянии русско-византийских отношений, однако не вызывает сомнений тот факт, что в X в. Русь все больше и больше втягивалась в орбиту византийского культурного и политического влияния, что привело к концу столетия к введению там православного христианства. Таким образом, русские воины находились на византийско-сирийской границе не как вассалы империи, а как ее союзники. Во всяком случае, знакомство с русами, хоть и понаслышке, пробудило в Масуди интерес к этому народу, жившему, в его представлении, на самом краю Ойкумены, и он решает познакомиться с ним получше. Через некоторое время после пребывания на сирийско-византийской границе путешественник совершит поездку в район Каспийского моря и на Кавказ, где он добудет более подробные сведения о Киевской Руси и посвятит русам и славянам в целом особые разделы «Золотых копей».

Интересовался Масуди и взаимоотношениями между Византией и латинским Западом, хотя и не располагал о Западной Европе столь подробными сведениями, как о ближайшем соседе Халифата. Центром Запада он считает Рим, во главе которого стоит некий «хозяин Рима». Возможно, так Масуди называет папу. Рим, по Масуди, — это столица «царства франков», в зависимости от которого находятся многие другие народы Запада. В силу давнего договора, пишет Масуди, «владетель Рима» был подчинен византийскому императору, он не носил короны, пурпура — знака императорской власти, однако потом «его дело окрепло» и он объявил себя независимым монархом. Узнав об этом, византийский император Константин Багрянородный направил войска, чтобы захватить Рим, однако ромеи потерпели поражение. Тогда был заключен мир. До этого «владетель Рима» выдал замуж за сына Константина Багрянородного свою дочь, которая, однако, вскоре умерла.

В целом все эти сведения весьма далеки от действительного положения вещей. Возможно, что представление о подчиненности «владетеля Рима» константинопольскому владыке сложилось у Масуди на основании того, что в далеком для него самого прошлом, в VI в., Византия претендовала на восстановление своей власти в Италии и действительно некоторое время контролировала Рим.