Читаем Арабский Геродот полностью

Аббасиды стремились возродить культурные традиции доисламского Ирана. В арабо-мусульманской культурной среде получают распространение географические сведения, заимствованные у иранцев. Подражая Сасанидам, иранским царям, Аббасиды заводят у себя при дворе астрологов, предсказывавших судьбу халифов по положению светил на небе. Знанием астрологии издавна славились также и индийцы. Арабские хроники сообщают, что ко двору второго аббасидского халифа, основателя Багдада Мансура, в составе индийского посольства прибыл ученый по имени Манка или Канка. Он привез астрономический трактат, который в арабской обработке получил название «Китаб ас-Синдхинд» («Книга Синда и Хинда»). Текст этого трактата не сохранился, однако арабистам удалось установить, что он восходит к знаменитому индийскому астрономическому и географическому сочинению «Брамаспутасидданта», которое было написано Брамагуптой в 623 г. Знания, заимствованные у индийцев, господствовали среди арабо-мусульманских ученых вплоть до времени правления халифа Мамуна, когда преобладающим стало влияние античной географической традиции.

Индийское влияние осуществлялось в арабо-мусульманском мире через посредство иранской географической мысли, которая, в свою очередь, испытала значительное влияние индийской астрономии и географии. Большой популярностью в Халифате пользовался трактат «Зидж аш-Шах» («Шахские таблицы») — арабская переработка персидского сочинения «Зик-и-Шатрояр», которое было составлено при последнем шахе сасанидского Ирана Йаздиджарде III (632—651).

Греческая географическая система начинает приобретать широкое распространение, вытесняя иранскую и индийскую системы, с начала IX в., а в середине того же столетия она уже становится господствующей. Преимущество греческой системы перед иранской и индийской заключается в том, что, в отличие от них, она носила не только сугубо практический, но и теоретический характер. Большую роль в распространении греческой географической системы сыграл уже упоминавшийся Дом Мудрости, основанный Харуном ар-Рашидом и существенно расширенный его сыном Мамуном. Под эгидой этого научного учреждения на арабский язык переводились сочинения многих античных географов. Наибольшей популярностью пользовались труды александрийского ученого Птолемея (II в. н.э.) — астрономический трактат в тринадцати книгах «Большой свод» и географический труд «Географическое руководство», иначе также называемое «География». Арабы называли «Большой свод» «ал-Маджисти», передавая таким образом греческую превосходную степень женского рода прилагательного «великий» — «величайшая», в знак особого уважения к основному труду крупнейшего географа древности.

В 827 г., во время правления Мамуна, была предпринята попытка измерить земной градус. В конце прошлого века итальянский арабист Наллино и немецкий математик Шой показали, что арабские астрономы ошиблись всего на один километр. Причиной этой неточности послужило несовершенство измерительных приборов того времени. Следующие измерения земного градуса производились в Европе только в XVI и XVIII вв. Данные, полученные арабо-мусульманскими астрономами, широко использовались в Европе в эпоху средневековья и Возрождения. Возможно, что благодаря этому обстоятельству и произошло открытие Америки Колумбом. Дело в том, что арабские ученые установили длину земного градуса в 56 2/3 арабские мили. Колумб же решил, что речь идет об итальянских милях, а итальянская миля была на 384 м короче арабской, длина которой равняется 2000 м. По этой причине, согласно расчетам великого мореплавателя, расстояние между Европой и Азией, куда он стремился, оказалось значительно меньше, чем на самом деле. Может быть, поэтому Колумб с такой отвагой отправился на поиски морского пути в Индию.

При Мамуне в Халифате были основаны две обсерватории — одна из них находилась в багдадском квартале Шаммасиййа, а другая — на горе Касйун под Дамаском. В обсерваториях проводились регулярные наблюдения, на основе которых был составлен «аз-Зидж ал-Мамуни ал-мумтахан» («Проверенные Мамуновы таблицы»). Очевидно, что примерно в это время была создана «Мамунова карта» — или, как называет ее Масуди, «Мамунова картина» (ас-Сура ал-Мамуниййа), которую наш автор видел в Багдаде, очевидно, в Доме Мудрости. По его словам, в работе над картой участвовали «мудрецы времени Мамуна». На карте «был изображен мир с его небесами и звездами, морями и сушей, населенными и ненаселенными областями, обиталищами народов и городами, а также другим; эта карта лучше, чем карты, которые имеются в сочинениях Птолемея и Марина» (нач. II в. н.э.). Несмотря на то что Масуди указывает на преимущество «Мамуновой карты» перед картами античных географов, она, скорее всего, восходит именно к ним. С другой стороны, вполне вероятно, что эта карта являлась для Мамуна символом мирового господства, идея которого была навеяна аналогичными картами, которые изготовлялись для шахов сасанидского Ирана.