Читаем Арабская принцесса полностью

– Так это! Большую часть жизни я жила в странах, которые были для женщин тюрьмой, а Саудовская Аравия – это уж какой-то апогей! – выкрикивает она в бешенстве. – Извини, но тут, в Англии, я не нуждаюсь в махраме! Freedom[32]! – орет она во все горло.

– А если ты потеряешься? – муж, как всегда, беспокоится. – А если кто-нибудь к тебе пристанет?

– И что? Я маленькая девочка или взрослая женщина? Этот ваш саудовский подход!

– Но любимая! Не хочу тебя связывать или дискриминировать, но…

– Так в чем дело? А? Я не говорю? Не знаю языка?

– Тебе в самом деле будет приятно таскаться одной в чужом городе?

– Я возьму с собой Надю, – сообщает Марыся неохотно, кривя рот в сторону. – Так уже лучше? Я не буду шляться, наводя на мысль всех проходящих самцов, что вышла подцепить кого-нибудь. А ты сможешь спокойно упасть в объятия Морфея.

Она прямо смотрит в глаза ревнивому, но почти засыпающему мужу.

– Так, может, возьмешь с собой Альпану? – советует мужчина. – Она будет катить коляску.

– Ты что, идиот или только прикидываешься?! Я что коляску толкать не умею? Альпина, иди сюда! – зовет она няньку. – Приготовь Надю на прогулку и накорми ее хорошо, так как мы вернемся только через пару часов.

Из-под прищуренных глаз она наблюдает за Хамидом и его реакцией на ее слова, но лицо пораженного саудовца превращается в маску и не выражает никаких чувств.

– А у тебя есть какие-нибудь нормальные шмотки для Лондона? – спрашивает индуску Марыся, когда та через минуту входит с ребенком на руке.

– Это мое самое лучшее сари, – поясняет прислуга с гордостью. – У меня есть еще таких два. Специально перед отъездом у швеи пошила в Аль-Басе[33].

– Я очень рада этому, но неужели ты хочешь в традиционных шмотках просто из другой эпохи ходить по улицам среди нормальных людей? – подшучивает над ней хозяйка.

– Здесь каждый одевается, как хочет, – поясняет Хамид, стараясь сдержать острый язык жены, которая своей болтовней огорчает не только его, но и женщину, которая отдала за наряд тяжело заработанные деньги. – Негры носят свои разноцветные платья и тюрбаны, пакистанцы – туники и панталоны, арабы – тобы или галабии, а их женщины – абаи и чадры. Это свободная страна. Каждый поступает, как заблагорассудится, и никто никого ни к чему не принуждает. Ты не хочешь ходить в абае, не надо, но оставь в покое бедную женщину.

– Альпана, – впервые Марыся правильно произносит ее имя. – Если бы у тебя были джинсы, хлопчатобумажные футболки, цветные блузки, модная куртка, удобная спортивная кожаная обувь, ты не хотела бы носить это вместо сари?

– Я…

Индуску берет оторопь, и она с минуту молчит.

– Хотела бы, – шепчет она, очарованная такой перспективой.

– Ха! Видишь! – выкрикивает довольно Марыся, упрекая мужа в незнании. – Ношение национальной одежды – это не всегда результат осмысленного выбора. К сожалению, чаще диктуют традиции.

– Завтра едем в Кэмден-таун за покупками, – сообщает она еще более шокированной прислуге. – Если будешь одета по-европейски, то сразу же лучше себя почувствуешь и не придется бинтовать себе почки.

Она смеется, беря сверток со спокойной Надей, которая выдержала всю тираду матери, и в хорошем настроении выходит на свою первую в жизни самостоятельную европейскую прогулку.

* * *

Марыся долго ждала сегодняшнего дня. Даже не надеялась, что Хамид запомнит ее рассказы еще с Йемена о том, как она обожала мультфильм-сказку «Король Лев», и в Лондоне организует ей такой сюрприз. Бродвейский мюзикл «Король Лев» в старом театре «Лицеум» недалеко от Ковент– Гарден! Событие обещает быть чудесным, перед представлением взволнованная Марыся не спит всю ночь. Под утро она наконец впадает в дремоту, поэтому Хамид сам отправляется с Надей на прогулку.

В час дня любительница сказки стоит у двери.

– Мы уже должны выходить!

– Любимая, ведь спектакль в полтретьего! – муж посмеивается себе под нос. – У нас уйма времени.

– Но у нас еще на руках нет билетов! – Марыся нервничает, как и ее мать. – Ничего, что ты заплатил через Интернет, отвалив кучу денег? А теперь на полчаса раньше выступления мы должны еще получить билеты в кассе театра. Может быть очередь, в метро задержишься…

Ей не хватает воздуха от возбуждения.

– Ну, поспешим же! – не выдерживает она, хватая спортивный пиджак мужа, и почти выбегает из дому.