Читаем Арабелла полностью

Возмущению лорда Флитвуда не было предела. Он начал горячо спорить. Но в этот момент в комнату вошел дворецкий и извиняющимся тоном сообщил, что какой-то экипаж потерпел аварию рядом с домом, и две дамы просят приютить их на некоторое время.

Ничто не промелькнуло в бесстрастных серых глазах мистера Бьюмариса. Он лишь строго поджал губы и равнодушно сказал:

— Конечно. Пусть миссис Мерси проводит дам в гостиную, к камину, и обслужит их.

Дворецкий поклонился и хотел уже выйти, как вдруг лорд Флитвуд остановил его, воскликнув:

— Нет-нет, Роберт! Меня не проведешь! Как они выглядят, Браф? Старые? Молодые? Симпатичные?

Дворецкий, привыкший к простым манерам его светлости, важно ответил, что одна из женщин не только молода, но и, так ему во всяком случае показалось, очень хороша собой.

— Я настаиваю, Роберт, чтобы ты принял их достойно, — твердо произнес лорд Флитвуд. — Зачем в гостиную? Веди их прямо сюда, Браф!

Дворецкий неуверенно взглянул на хозяина, но тот сказал, как всегда спокойно и равнодушно:

— Как хочешь, Чарлз.

— Ты неблагодарное животное! — сказал лорд, когда дворецкий вышел из комнаты. — И не заслуживаешь того счастья, которое всегда тебе выпадает. Это же само Провидение...

— Но я сомневаюсь, что это те самые девочки, которых ты желал увидеть здесь, — невозмутимо ответил мистер Бьюмарис.

— Но это лучше, чем ничего! Хоть какое-то развлечение.

— Крайне неуместное замечание! Удивляюсь, зачем я только пригласил тебя.

Лорд Флитвуд насмешливо взглянул на своего собеседника.

— Так ты, Роберт, думал... ты думал, что осчастливил меня своим приглашением? По-моему, и так достаточно лизоблюдов, которые готовы вывернуться наизнанку, лишь бы попасть в твой несравненный дом. И пусть здесь нечем развлечься, кроме карт...

— Ты забыл о моей кухне.

— Я не забыл. А вот ты знай — я не из таких, — жестко сказал лорд.

Обычно выражение лица мистера Бьюмариса было холодным и надменным, но иногда он улыбался. И тогда его лицо становилось добрее, а взгляд мягче и приветливее. Конечно, это была не та его слегка сардоническая усмешка, которую знали в обществе. Это была улыбка, увидев которую собеседник сразу же забывал, что минуту назад этот человек казался ему слишком гордым, неприступным и равнодушным. Однако лишь самые близкие друзья мистера Бьюмариса могли позволить себе открыто высказать свое мнение о нем, поскольку он считался общепризнанным лидером в обществе, хотя и без этого был человеком знатным по рождению, да и вообще любимчиком фортуны. Лорд Флитвуд заметил добрую улыбку на лице друга, которую, конечно же, хорошо знал, и улыбнулся в ответ. А мистер Бьюмарис шутливым тоном сказал:

— Как тебе не стыдно, Чарлз? Ты же знаешь, за что я ценю тебя.

Когда Арабелла вошла в комнату, мужчины громко смеялись, так что мистера Бьюмариса она увидела с той самой замечательной улыбкой на лице. То, что она сама необыкновенно хороша в своей изящной шляпке, украшенной страусовыми перьями и ярко-красным бантом, который так шел к ее темным волосам и нежному румянцу, ей, конечно, и в голову не пришло, поскольку мистер Таллант всегда воспитывал в дочерях равнодушное отношение к своей внешности. Она остановилась на пороге, пока дворецкий, не сводя любопытных глаз с незнакомки, представлял сначала ее, а потом мисс Блэкбурн. То, что увидела Арабелла, произвело на нее сильное впечатление. Дом, по-видимому, был небольшой, но обставлен с отменным вкусом — роскошно и в то же время не вызывающе. Она окинула быстрым взглядом лорда Флитвуда, и тот машинально поправил свой пестрый шейный платок, а потом посмотрела на мистера Бьюмариса.

У Арабеллы был брат, который считался знатоком моды, еще она думала, что в Харрогите видела самых модных мужчин. Но сейчас девушка поняла, что ошибалась. Никогда не встречала она таких элегантных мужчин, как мистер Бьюмарис.

Лорд Флитвуд, да и любой из его друзей, с первого взгляда узнал бы руку мастера, пошившего этот замечательный оливково-зеленый камзол. Арабелла не знала имен знаменитых модельеров, но она сразу заметила прекрасный покрой камзола, который выгодно подчеркивал все достоинства фигуры его обладателя. А фигура была отличная — это она тоже отметила. Широкие плечи — им не нужны были ватные накладки. А портной из Наресбурга, который шил пальто Бертраму, не мог обойтись без них. А как бы позавидовал Бертрам стройным ногам мистера Бьюмариса в плотно облегающих панталонах и высоких сапогах. Воротник его рубашки был не так высок, как у Бертрама. Зато как элегантно был завязан его шейный платок! Бертрам всегда испытывал затруднения с этой частью мужского туалета. И только прическа молодого человека — довольно короткая стрижка — не очень понравилась Арабелле. Но в целом мистер Бьюмарис показался ей необыкновенно красивым мужчиной.

Улыбка сбежала с его лица, и Арабелле показалось, что теперь он критически оглядывает ее. Потом мистер Бьюмарис сделал шаг вперед, слегка поклонился и довольно безразлично поинтересовался, чем он может служить дамам.