Читаем Антизомби полностью

Мы в полном составе отошли в сторону и совещались минут пять. Антон по–прежнему глупо улыбался. Гарпина говорила в наш адрес какие-то едкие гадости, но я даже не прислушивался.

Дом Гарпины занимал стратегическое положение — он был первым на улице и с него открывался прекрасный обзор на улицу Коломийцева, но дом был деревянный, старенький забор был из ветхого штакетника. Вокруг дома главврача по периметру была кирпичный высокий забор. У Беловых с обратной стороны и со стороны улицы был кирпичный забор, а по границе с моим участком был забор из сетки рабицы на металлических столбах. У меня забор был из профилированного настила шоколадного цвета. У Палыча весь участок был обнесен забором из толстой доски с металлическим штырями по верху. Стратегический дом Гарпины был самым слабо защищенным. Проникнуть сквозь забор было делом несложным даже для зомбака. В конце концов мы пришли к единому мнению о переселении. Мнение Гарпины и ее родственников мы во внимание не принимали.

Я подошел к Гарпине и сказал:

— Кричать не надо. Ребята сейчас съедут. На нас в случае чего можете не рассчитывать. Всего хорошего.

Слушать ответ я не стал.

Откладывать переезд было неразумно. Палыч заехал на своей газели в ворота и подогнал задним бортом машину прямо к крыльцу. Мы загрузили в газель навалом все имущество и перегнали газель во двор Беловых.

Дима Белов был мелким коммерсантом, я не успевал следить за его бизнес–проектами. У него и на рынке места были, и лаками для ногтей он торговал, и киоск пирожковый на станции держал, и детали для радиоэлектроники из Китая и Арабских Эмиратов возил, и покупал здоровенную фуру для дальних перевозок и прочее. Один вид бизнеса сменял другой, некоторые его бизнесы существами параллельно. Насколько я помнил, он всегда занимался несколькими видами бизнеса одновременно. Он называл это диверсификацией рисков в бизнесе. Но, на мой взгляд, это называлось непоседливой натурой энергичного холерика, которому быстро надоедал какой-либо один из видов деятельности.

Дом Димы был большой кричный с металлической дверью и решетками на окнах. Самое то, для внезапно наступившего звездеца. Обстановка в доме была весьма средней. Проходя по дому, я восстанавливал картину происшедшего.

Ночью представилась мать Димы. Умерла, скорее всего, тихо во сне. Потом она восстала. Выйдя в коридор, она зашла в открытую детскую и напала на спящую девочку. На крики ребенка прибежали родители. Он скрутили бабушку, но она их тоже покусала. Ее связали бельевой веревкой, как попало, со временем она просто раздергала веревку и освободилась. Утром все семейство Беловых оказалось восставшими мертвецами и пошло гулять по участку. Еще меня интересовал вопрос, про Димины стволы. Я спросил Палыча:

— А где вы у Димы оружие взяли?

— На втором этаже у него в гардеробной два сейфа стояли. Там были: тигр нарезной с оптикой, два вепря гладкоствольных длинный и короткий, мелкашка тульская, вертикалка тульская, помповик Моссберг 500 и автоматический дробовик Benelli M4 Super 90 с телескопическим прикладом и планками под приблуды в нескольких местах. Еще пистолеты травматические и газовые, но мы их брать не стали.

— Пойдем, покажешь.

Палыч, немного косолапя, затопал вперед.

Зайдя в гардеробную, я обалдел. По бокам гардеробной были полки, ящики и вешалки с одежной и бельем, но на задней стенке висел целый арсенал. Здесь было много всего, начиная с немецких МП-40 и заканчивая футуристической бельгийской FN F2000.

— Это все его? — задал я самый глупый вопрос, но других слов у меня просто не было.

— Не парься, игрушки все это, шариками стреляет, да пневматика всякая, — Палыч сунул мне в руку пластмассовую банку с белыми шариками и пластмассовый тубус с шариками для пейнтбола: Огнестрел взяли в сейфах, здесь за зеркалом. А второй сейф за вешалкой с одежей.

Я знал, что Дима увлекается оружием и регулярно ездит на стрельбище, но о таких масштабах я не предполагал. Пистолеты были выложены на полку. Здесь были газовые переделки из стандартного пистолета макарова и тульского Токарева, был газовый наган, переделанный из боевого пистолета 1914 года выпуска, еще лежали резиноплюи оса и шаман.

ТТшник — мечта моей юности, пришедшейся на зарю бандитской эпохи девяностых. Тогда это пистолет был символом хозяина жизни, крутого парня. Я взял ТТ в руки, вытащил магазин. Там были набиты сигнальные патроны. Оттянул затвор, патрона в стволе не было. Я не смог удержаться и положил пистолет в карман.

С улицы раздались автомобильные гудки. Я и Палыч выглянули в окно. С другой стоны забора были видны проблесковые маячки машины ДПС и голова Равиля в крови. Мы выбежали на улицу.

Равиль стоял в форме сотрудника ДСП. Руки лицо и грудь у него были в крови. В машине были выбиты боковые стекла с левой стороны и заднее стекло, в левом заднем крыле и багажнике были пулевые отверстия, передний бампер был перекошен.

На заднем сиденье в машине лежал Степан. Передняя часть бронежилета на нем была изорвана в клочья; лицо, руки и торс были в пороховой копоти.